Моя история Золушки

Помню, ко мне пришла чем-то недовольная Леа и громко возмущалась о наглости «дур без мозгов». Экономке тогда едва удалось замять этот скандал, чтобы Тили не выгнали с работы. Тогда я не знала причину, сейчас же стало ясно, что моя верная горничная стала на мою защиту. В груди появилось приятное тепло. Поддавшись эмоциям, я быстро преодолела расстояние между нами и крепко обняла ее.

– Спасибо, – выдохнула я ей прямо в ухо.

Тили снова всхлипнула и стала причитать, что не достойна моей благодарности так как подвела свою хозяйку и не помешала им.

Я же заверяла ее в обратном – настоящая преданная дружба нынче очень дорога. Еще понимала я, что поступить иначе ни Леа, ни Тили не могли. Если бы они начали бунтовать, то первыми бы вылетели из этого дома и тогда Аленсия осталась совершенно одна.

– Так, отставить слезы. Нас ждут великие дела! – Как можно бодрее ответила я.

– Это какие же? – Улыбнувшись, Тили вытерла слезы прямо своим передником.

– Великие, – туманно ответила я.

 – Первое что нужно сделать – устроить с этой Гвертой встречу тет-а-тет.

– Чего? – Скривила нос Тили.

– Наедине, – пояснила я. – И лучше, если это произойдет в том самом подвале, где нашли меня. Сможешь устроить?

Тили снова кивнула. Замечательно. Так-с, что у нас дальше по плану?

– Где мы можем найти Леа? Есть разговор.

Тили повела меня на кухню. Леа нашлась там. Убрав волосы под белоснежный платок, повариха раскатывала тесто. Значит к ужину будут те самые фирменные булочки.

Вкуснотища. По нашему приходу, Леа поставила булочки в печь и приготовилась меня слушать. Стояли обе женщины по стойке смирно и смотрели на меня с нескрываемым любопытством. Так дело не пойдет. Я усадила их за стол и стала перед ними, как генерал. В руке у меня находился карандаш, который я притащила из комнаты. Была у меня такая привычка – крутить в руках ручку или карандаш, когда волнуюсь или размышляю над чем-то.

– Ну что ж, дорогие мои, собрание объявляем открытым, – торжественно провозгласила я.

Леа и Тили переглянулись, но ничего не сказали и это предало мне силы. Это мне на минутку напомнило наши собрания в полиции. Эх, буду скучать за расследованиями.

– Итак. Первое. Меня интересует почему никто не стал на мою защиту? Я не поверю, что у графа и его жены не было ни друзей, ни родственников?

Леа печально покачала головой.

– Родители вашего отца умерли, когда господину было двадцать.