Изменить судьбу

Вздохнув, я ответила:

— Нет, не так же как к Адаму. Вы с ним совсем разные, так что я не могу относиться к вам одинаково. К тому же я знаю его намного дольше, чем тебя, и это тоже влияет на мое отношение. Тимур, мне с тобой весело и интересно, ты постоянно удивляешь меня своей экстравагантностью и изобретательностью, так что можешь быть спокоен: я очень хорошо к тебе отношусь — с улыбкой заключила я.

— Но ты мне не доверяешь — парень кинул на меня проницательный взгляд.

— Почему, доверяю — возразила я — правда, не так как Адаму.

Но все равно, если бы я тебе не доверяла, то сейчас не сидела бы здесь с тобой рядом. И давай больше не будем об этом, ладно? А то мне как-то неловко разговаривать на эту тему.

Не знаю, какие выводы он сделал из моих ответов, но после этого Тимур заметно повеселел. Включив радио погромче и настроив его на бодрую мелодию, он продолжал вести машину, больше ни о чем не спрашивая. Наконец, мы приехали.

Когда Ибрагимов помог мне выйти из машины, я увидела, что мы остановились напротив высокой и тонкой башни, похожей на телевизионную.

Именно туда Тимур меня и повел. Потом мы несколько минут поднимались на лифте, который ехал так плавно, что его движение почти не чувствовалось. Но едва мы достигли нужного этажа, как парень попросил:

— Оля, закрой глаза, пожалуйста. Хочу, чтобы ты увидела всю картину сразу, а не постепенно. Не бойся, я тебя проведу — и он взял меня за руку.

Я послушно закрыла глаза, улыбнувшись в предвкушении сюрприза и уже чувствуя его грандиозность. Дальше я могла полагаться только на свои внутренние ощущения. Кажется, выйдя из лифта, мы прошли по какому-то помещению, потом вроде бы прошли через дверь, и еще через несколько шагов я услышала команду:

— Все, мы пришли. Можешь открывать глаза.

Я послушалась, но тут же зажмурилась от яркого света. Когда глаза привыкли к освещению, я поразилась: мы стояли в круглом зале, заставленном аккуратными круглыми столиками с белыми скатертями, за которыми обедали состоятельные господа и дамы.

Сверху свисали три хрустальных люстры, стилизованных под средневековье в том смысле, что казалось, будто они утыканы толстыми свечами, а на самом деле пламя у «свечей» было электрическое. Под ногами была черная мраморная плитка, отполированная до зеркального блеска. Но самым удивительным были стены. Их не было.