Тебя там не было

– Он говорит: «По каким критериям ты оцениваешь уровень своих понтов, раз набралась наглости так бесцеремонно вламываться в мой бар?» – с улыбкой на лице, чуть не хохоча, перевел мне на уверенный русский ворвавшийся в наш диалог мужчина славянской внешности, внезапно появившийся из «подсобного помещения», предварительно прошелестев висящими в служебном проходе висюльками-занавесками из светло-розовых ракушек, нанизанных на прозрачную толстую леску. – Не нужно быть мастером наблюдения, чтобы понять, что вы ни черта не говорите на португальском, – тут же продолжил он, не дожидаясь моего ответа и воспользовавшись эффектом неожиданности собственного появления, – но, очевидно, решительности вам не занимать! – продолжил он, проследовав легкой, вальяжной (мне даже показалось, что несколько нагловатой) походкой к месту подвисшей в воздухе паузы.

Заслонив своей не самой широкой спиной окно, этот выскочка словно попал в загорелый полумрак, из которого ярко блестели глубоководной синевой его глаза, уже почувствовавшие привкус зарождающейся человеческой игры.

Его нарочитая надменность, выраженная в аккуратном приподнятии светлой головы, говорила о том, что он уже знал, чем эта самая игра закончится.

Пауза продолжилась. Я незначительно, словно мельком, взглянула на Габи – она с интересом затаилась в ожидании, оставив себе роль безмолвного зрителя.

– Pablo, он же Паша, Павел, как вам удобно! – и новоприбывший протянул мне руку для рукопожатия

– Аня, – немного «отвиснув», словно старый виндоусовский компьютер, ответила я, стараясь пожать его руку как можно уверенней, как бы обозначая степень решительности своих намерений.

– Что, не взяли в «Крошку-картошку», Аня, психанули и уехали на Мадейру? – в демонстративной ухмылке он приподнял тонкие полуобветренные солнечным океаном губы, стараясь параллельно как можно глубже заглянуть в мои глаза, очевидно, чтобы убедиться, что я поняла его шутку.

В этот момент Гонсало недовольно «прыснул» в адрес русского:

– N?o me incomoda de se comunicar com uma menina bonita, Pablo! (в пер.

с порт. «Не мешай мне общаться с красивой девушкой, Пабло!») – по активным жестикуляциям лысеющего мачо-португальца я поняла, что Павел мешал Гонсало задавать мне компрометирующие вопросы.

– Он говорит, что я красавчик, а с вами невозможно общаться! – с нескрываемым восторгом и даже каким-то распаленным азартом в глазах продолжал этот нахальный, по отсутствую акцента, очевидно, русский.