Книга 2. Тропинка черной кошки

– Ты совсем замерзла, – улыбнувшись, он подошел ближе, поправил взъерошенные волосы, закутал меня в шаль и закрыл уши своими теплыми ладонями. Стало тепло и, как не смешно, уютно. – Оливия, могу я задать тебе вопрос?

– Удивительно, что ты об этом спрашиваешь. Обычно вопросы ты задаешь, какие хочешь и когда хочешь, – засмеялась я.

– И все же, – серьезно сказал он.

– Конечно, можешь, – сморщила я носик.

Он немного помолчал, опустил руки, от чего мои уши снова начали мерзнуть, и тихо сказал, посмотрев поверх моей головы:

– Идем, «корри» летит, нужно освободить площадку, – после чего, взяв за руку, потянул на дорожку, уходящую в лес.

Солнце еще не скрылось за горой, но лучи давно перестали освещать эту часть города. Сосновый лес, раскинутый по обе стороны от дороги, казался очень красочным и светлым. Разноцветный мох, застилающий землю и покрывающий огромные изредка встречающиеся валуны, цветущий сереневато-розовым вереск, неизвестные мне кустарники с ярко-фиолетовыми, а иногда и бордовыми, ягодами.

Я будто в сказку попала, и глаз не могла отвести от этой красоты. В носу водили хоровод приятные запахи волшебного леса, и если поначалу я могла их различать, то чем больше проходило времени, тем труднее становилось это делать.

Макианэль будто и забыл, что хотел меня о чем-то спросить. Он тоже вглядывался в чащу деревьев, высматривал что-то на земле, среди разноцветного мха, был молчалив и задумчив.

– Так о чем ты хотел спросить? – поинтересовалась я, когда флора леса была слегка изучена и перестала завораживать.

Мы медленно шли по сужающейся дороге к основанию высокой горы.

Макианэль посмотрел вдаль, чуть сощурив глаза:

– Мы почти пришли. Там и спрошу.

«Там» это, по всей видимости, место у водопада, потому что сквозь звонкое пение птиц стал слышен шорох воды.

Лес начал редеть, воздух стал холодным и влажным, а впереди, слева, уже виднелась огромная белоснежная фата горной реки. Вода падала, словно в круглую чашу, ударялась о ее каменистое дно, разбрызгивалась и бурным потоком текла дальше.

Мы остановились неподалеку, на маленькой площадке заставленной скамейками, между лесом и поросшей мхом скалой. Здесь было ветрено. Влажная пыль тонким слоем легла на лицо, и стало определенно ясно, что долго мы тут пробыть не сможем, иначе вымокнем насквозь.

– Как странно, – сказала я, плотнее кутаясь в шаль, рассматривая дыру, из которого вытекала река.