Не отпусти нас

Его заставили подписать документ и отказаться от лакомой части бизнеса в Москве. Он же молился только об одном: чтобы не тронули Надю. И ведь знал, что с ней могут сделать, чтобы управлять им. После того, как Надю посадили в самолет, на него очень сильно давили.

Ему пришлось согласиться на неприемлемые условия конкурентов. Он был готов на что угодно, только бы отвести смерть от Нади.

Его выручил известный в определенных кругах меценат Горбушин. Взамен за свою услугу он потребовал от Владимира жениться на его дочери – подающей надежды юной манекенщице.

Горбушин не желал, чтобы тело и лицо Полины украшало подиумы, и очень ловко обстряпал с Метелиным сделку. Метелин не раздумывал над предложением мецената, и вскоре Полина пропала с подиумов. По приказу отца она дала согласие на брак с неприступным и холодным Владимиром.

Владимир понимал – у Полины нет к нему никаких чувств. Она безумно любила одного из своих спонсоров и имела несчастье от него забеременеть. Насильно отправленная родным отцом в клинику, она едва не погибла.

Сейчас Полина просто боялась отца и покорно играла свою роль примерной жены, загнав глубоко внутрь амбиции и мечты юности. Да и сказывалась разница в возрасте: на момент заключения брака ей едва исполнилось двадцать лет. Разрыв в десять лет – считай, целое поколение. Какие там общие интересы? Он любил охоту и пострелять, она была влюблена в моду. Сломленная родным отцом, после неудачного медицинского вмешательства она постоянно болела, и ничто не помогало восстановить ее здоровье.

Он тоже был хорош – относился к Полине, как к младшей сестре, и никакие обязательства не могли выжечь из его сердца родной край и Надю. Его душа всегда тянулась сюда. К той, которая прошла по его жизни и оставила в ней неизгладимый след. К той, которую на много лет отправил в ссылку. К любимой и единственной. К той, у которой он был первым. Он ехал сюда только ради того, чтобы украдкой на нее посмотреть. И вот он здесь.

А она была так близко – за стеклом в нескольких шагах от него.

Метелин уже хотел было выйти из машины и заглянуть в ресторан, как перед его внедорожником затормозила добротная иномарка.

Оттуда вынырнули две девочки, и со всех ног бросились к стеклянной двери.

– Мама! Мамочка!

– Мама!

Зазвенела музыка ветра на входе, и девочки, похожие друг на друга, как две капли воды, повисли на его Наде.

Из иномарки выбрался крепкий мужчина в джинсах и серой куртке.