Мятеж небес

Несколько слов на ангельском языке и лезвие увеличилось втрое, превращаясь в полноценную катану в руках нефилима. Сверкающая и смертоносная, словно молния в грозовых небесах. Один точный взмах и демон визжит в агонии, брызжа черной кровью от отрубленного языка. С отвращением сбросив с ноги мертвый кусок плоти, Софира бросилась вниз и резким ударом меча снесла костлявую голову.

Тело демона содрогнулось в последней конвульсии и затихло. Все, что осталось сделать Софи, это убрать оружие обратно в ножны и испепелить останки зла.

Покончив с этим, она подлетела к ближайшей витрине и открыла портал обратно в мир людей. Но пройдя сквозь него, Софи оказалась в самой гуще схватки.

4.

Невидимый людям бой проходил в темном переулке. Сай и Пенни сражались с демонами, которых оказалось больше, чем на первый взгляд Софиры. Но и нефилимы теперь были не одни. Здесь присутствовали те, с кем они познакомились несколько часов назад в соборе. Охотники. Закар и… Габриель. Близнецы, заметив Софиру, встревоженно оглядели ее на признаки ранений и, не заметив их, тут же вернулись к схватке.

А Софи не могла пошевелиться. Она, как зачарованная, смотрела на светловолосого воина, что играючи сражался с тремя служителями ада. Жесткая ухмылка не покидала красивого мужественного лица, словно он наслаждался процессом. Будто танцуя, Габриель наносил смертельные раны демонам своими острыми клинками, сам оставаясь невредимым. Его движения были быстры и точны, словно у хорошо слаженного механизма.

Они поражали своей силой и мастерством.

И когда все три демона, с отвратительным хлюпаньем и хрустом умерев, исчезли в свою реальность, Габриель с удовлетворенным смешком обернулся и столкнулся с пронзительным блеском серебристых глаз. Девушка-нефилим, из семьи МоринГрей, стояла в начале переулка и не отрывала от него напряженного взгляда. Схватка близилась к концу и его помощь не требовалась, поэтому Габриель осторожно двинулся к ней. Он не заметил ее в начале боя, когда они с Закаром прибыли сюда, получив сигнал тревоги.

Но он видел краем глаза сияние портала, а значит, она была в Зазеркалье, сражалась совсем одна.

Пробежав обеспокоенным взглядом ее хрупкую фигуру, Габриель обнаружил разорванное чем-то острым голенище сапога. Но крови он не почуял, значит, она не пострадала, чему он был рад, к своему удивлению. Хоть он и видел ее лишь в первый раз сегодня, но что-то в ней его зацепило.