Семь грехов

– Когда нужно спасти свои задницы, они это умеют. – Вздохнув, пробормотала Юнис. – Ты завтракал сегодня?

– Что, прости? Хочешь пригласить меня на свидание? – Иронично вздернул бровь Оливер.

– Побойся Бога! Мы слишком долго друг друга ненавидим, чтобы ходить на свидания. Просто ты своим визитом выдернул меня из постели, лишив завтрака. Я голодна. – Проговорила Юнис, направляясь к выходу. Демон двинулся следом.

– Будучи истинным злом, я рад слышать, что испортил тебе утро с очередной жертвой. – Фыркнул Оливер за ее спиной, выходя на яркое солнце октябрьского утра.

– А у тебя добрая душа, мой друг! – Юнис улыбнулась и села за руль. При ее словах Оливер сделал вид, что его тошнит, от чего ее улыбка стала еще шире.

– Думай, что говоришь, женщина! У демона нет души, тем более доброй! – Он уселся рядом, сильно хлопнув дверцей. Улыбка Юнис угасла.

– Если не хочешь потерять передние конечности, веди себя прилично в моей машине. – Сухо бросила она, направляясь к ближайшему кафе в паре кварталов от студии.

– А ты сурова! Неудовлетворенный суккуб с утра пострашнее Армагеддона будет. – Отозвался Оливер.

– Кажется, мы уже решили вопрос с моей родословной. – Резко затормозив, Юнис бросила раздраженный взгляд на пассажирское сиденье.

– Что предпочитает абсолютный вампир сегодня утром?… Кофе, чай или третью положительную? – Спросил Оливер, нацепив на себя ангельское выражение лица.

Мило улыбнувшись на ее угрюмое молчание, он пожал плечами и вылез из машины. Юнис ничего не оставалось, как последовать за ним в старое обшарпанное помещение кафе и, поморщившись, сесть за один из пластиковых столов с цветастой скатертью, что располагался у окна.

После того, как им принесли их заказ, Юнис тихо спросила:

– Объясни-ка еще раз. С чего ты взял, что я соглашусь тебе помогать? Мы с Самсоном расстались далеко не друзьями. Сомневаюсь, что он примчится по первому моему зову. А звать его я как-то не стремлюсь.

– Самсон ищет способ тебя убить. – Чашка Юнис со звоном опустилась на блюдце при словах демона.

– Он потерпит неудачу. Никто из живых не знает… – Ее потрясенный шепот был еле слышен.

– Вот именно. Из живых никто не знает. А из мертвых? – Оливер не поднимал на нее глаз, и голос был его тих.

– Знала только моя мать… – Пробормотала Юнис хрипло.

– Да, Самсон в отчаянных поисках ее праха. Праха Никты. – При имени матери Юнис вздрогнула. Так давно она не слышала его. Юнис никогда не видела Никту.