Карнавал

Фыркнул: – Вот увалень!

– Нельзя за неделю стать искусным бойцом, – рассудительно возразила Мирта, не столько выгораживая актера, сколько напрашиваясь на комплимент.

Надежды ее оправдались, ибо Риккардо мгновенно откликнулся:

– Кто мешал ему проявить прилежание, подобное твоему, и упражняться полгода? Надо любить шпагу…

Мирта прикусила язык, чтобы не выпалить: «Или учителя».

– Зачем тебе шпага? – повторил Риккардо, не отрывая взгляда от сцены.

– К костюму положено.

Теперь он взглянул на нее – впрочем, без особого любопытства.

Миртой овладело сильнейшее искушение. «Сказать, что я одинока, нуждаюсь в защите? Вдруг захочет сопровождать?» Она в очередной раз вздохнула – горше прежнего. «Риккардо скорее посмеется: «Какой из тебя фехтовальщик?!» И оружия не даст».

Раздались бурные аплодисменты – герой сразил последнего недруга и водрузил ногу на грудь упавшему.

– Хорошо, музыка заглушает его сопение, – бросил неумолимый учитель и потянул Мирту за собой.

«Не у всех же осанка и манеры герцога,» – думала она, видя силуэт Риккардо на фоне освещенного дверного проема.

Учитель фехтования жил, подобно самой Мирте, в театре, и с учениками занимался прямо на сцене или – если там шли репетиции – в просторных фойе. Стены его клетушки были сплошь увешаны оружием – короткими римскими мечами, кривыми турецкими саблями, тяжелыми двуручными рыцарскими мечами, кинжалами милосердия – ими приканчивали противника сквозь доспехи – и кинжалами, какими отражали удары на дуэли, шпагами и рапирами – разной длины.

Подавая ей оружие, Риккардо сказал:

– Помнится, ты предпочитаешь рапиру.

Мирта не стала объяснять, почему это так. «Шпагой можно не только колоть, но и рубить – шрамы остаются чудовищные. След от удара рапирой – едва заметен».

Пальцы привычно обхватили рукоять. Стальное кружево гарды прекрасно закрывало руку.

– А для левой руки… – Риккардо потянулся к даге с крепким плоским клинком, но Мирта его удержала.

– Лучше стилет.

– Изволь, – он снял со стены кинжал в простых черных ножнах, на мгновение обнажил тончайший треугольный клинок.

 – Спрячешь в сапоге или под курткой?

Мирта качнула головой и уверенным движением сунула стилет в рукав, ременной петлей ножен туго захлестнула запястье.

– Счастливой прогулки, – засмеялся Риккардо, – и помни, чему я тебя учил. Следи за дыханием.

Мирта, понурившись, выслушала его напутствие. «Приятно получить рапиру. А еще приятнее – заполучить кавалера с этой самой рапирой.