Танец в невесомости

Вы любимица богини, особа священная. Вам все будут поклоняться. В первую очередь – приемный отец.

– Не говорите о нем, – вырвалось у Юэль. – Его жена была добра ко мне. Наан-нга-ли (так ее зовут) бездетна и хотела назвать меня дочерью. Муж ее, Горан-аш, был в отъезде. Она написала ему, Горан-аш отвечал согласием. Она удочерила меня и привела в дом. Горан-аш прибыл через несколько месяцев. Самодовольный, в сверкающих одеждах. Только глянул на меня – все стало ясно.

– Ты сразу догадалась? – не поверил Рэн.

– Ну… – Юэль помедлила. – Вечером я услышала разговор. «Нищая тварь ела мой хлеб. Для чего?» – басил Горан-аш. «Как мне жить после этого, – рыдала жена. – Выходит, я заманила девочку в западню». Горан-аш отмахнулся: «Служить богине – высшее счастье». Он глава семьи и настоял на своем. Даже не позволил Наан-нга-ли проститься со мной. Зато теперь, – с силой произнесла Юэль, – она радуется.

– Не сомневаюсь, – живо откликнулся Соэл. – А вот Горан-аш – напротив. Богиня отвергла его жертву.

Дурной знак. С человеком, неугодным богине, никто не захочет иметь дела. Да, Юэль, он был бы счастлив вернуть вас в свой дом. На коленях бы умолял.

Лицо ее исказилось от отвращения.

– Не хотите к ним, Юэль, можете войти в другой дом. Вас охотно примет любая семья.

– Нет, нет, – Юэль намертво вцепилась в руку Рэна. – Я с вами.

– Хорошо, – сказал Рэн. – Хорошо, успокойся.

– Подумайте, – настаивал Соэл. – Нам придется скрываться. Но вам-то зачем бежать? За вами никто не погонится.

Уверен, жрецы даже не назовут вашего имени полицейским.

Вместо ответа Юэль только прибавила шаг.

Две луны отражались в водах озера. Над дальним берегом стояло розовое зарево – сильнейшие прожектора освещали космодром. Величавая аллея привела к шестнадцати дорожкам. По одним сновали пешеходы, по другим неслись легкие экипажи, управляемые линтийцами, по третьим скользили экипажи-автоматы, по четвертым ползли тяжелые грузовые платформы.

Все дорожки вели к туннелям, проложенным по дну озера.

Рэн опасался, что туннели перекрыты: линтийцы давно подняли тревогу. «Вряд ли они напали на след, но всяко сообразили: жертву отняли не линтийцы. Дело рук пришельцев. Следовательно»…

Будто угадав его мысли, Соэл проговорил:

– В порту сотни кораблей стоят под погрузкой. Каждый час отчаливают и прибывают пассажирские экспрессы. Линтийцы не отважатся закрыть путь потокам людей и грузов.

Прозрачный вагон скользил по дну озера.