30 дней

– А ты у нас тихий ручеек, – язвительно ответила я, – и не драл тут глотку, словно раненный в зад медведь.

– Отлично, мы переходим на новую ступень взаимоотношений, – с пафосом воскликнул водник, воздев руки к небу, и закончил тише и ворчливо: – Этого еще не хватало.

– Вот и помолчи, – фыркнув, я накинула на голову капюшон и показала, что разговор окончен.

Отряд возобновил путь. Теперь я оказалась в его центре. На меня старались не смотреть, и это мне тоже было понятно. Оружия мне никто давать не собирался, и не потому, что я женщина, а как раз потому, что обращаться с оружием я умела.

Не доверяли мне водники, и, в общем-то, я их за это не осуждала. Знай я, что Вайторис встретит меня с распростертыми объятьями, и имей возможность добраться до него, глотки бы перерезала всем, кто пытался меня задержать, без сожаления и жалости. Но пока над моей головой висело новое наказание, которое, возможно, не переживу, я по-прежнему собиралась оставаться хорошей девочкой. А хороших девочек принято защищать, вот и пусть защищают. И пускай воины воротили от меня носы, но приказ господина нарушать не осмеливались. Меня это вполне устраивало.

Скайрен вывел своих людей к широкому лугу, остановился на его кромке, поднял вверх руку и замер, явно прощупывая пространство. После свернул налево и направил коня к рощице, росшей на берегу широкого оврага. Здесь он снова остановился, мотнул головой и показал, что мы возвращаемся.

– Пожри их Тьма, – выругался рядом Войт.

Я повернула к нему голову, и мой поклонник, бросив на товарищей быстрый взгляд, все-таки пояснил:

– И на лугу засада, и в овраге.

Но на поле особей меньше, раз Скай ведет нас обратно.

– Триги обладают магией? – спросила я.

– Нет. Они не чувствуют токов магии, – ответил Войтер.

– Тогда в чем дело? С силой Ская, плюс вы, положить зверье недолго.

– Чего еще ожидать от убийцы, – проворчал один из воинов, ни к кому не обращаясь.

Я сделала вид, что не слышу, но взгляд от Войта не отвела, ожидая пояснений.

Он коротко вздохнул, однако ответил:

– Триги – существа не магические, применять против них магию – преступление. Это как обидеть младенца. Если нам доводится с ними встретиться, мы сражаемся оружием. Если эти существа были сотворены Создателями, значит, мы не имеем права уничтожить племя под корень. Мы ведь не убийцы, Игнис.

– Зачем тратить столько слов на ту, кто привык отнимать жизнь даже у тех, кто не может себя защитить? – произнес еще один воин.