30 дней

Я пожала плечами и подняла глаза к небу, уже заполненному звездами.

– Ты раньше это видел? – я указала взглядом наверх.

– Сто тысяч раз, – усмехнулся Скай.

– А я ни разу, – ответила я и взялась за ложку.

Аквей еще некоторое время рассматривал меня и хотел уже отойти, больше ничего не сказав, но я остановила его.

– Скай.

– Что? – он снова присел рядом.

– Господин снова будет звать меня, – сказала я. – Если он захочет, я покажу, где мы прошли.

– Показывай, – пожал плечами водник и отошел от меня.

Я нахмурилась, пытаясь понять безразличие Ская, но вскоре махнула рукой. Если Вайторис все-таки нагрянет, меня может и не тронуть, а Аквей со своими людьми пусть разбираются сами. Впрочем, я еще надеялась, что смогу сбить Господина со следа, выдав ему ложные воспоминания за настоящие. Удается же мне не показывать ему то, что происходит между мной и водником. И значит, нужно всего лишь заранее продумать свои воспоминания, и пусть Вайтор любуется на них. «Реальность – это то, во что ты веришь, Игнис».

Вот именно, мой господин.

Больше я на мужчин внимания не обращала, занятая созданием в своей голове ложной реальности. А когда Скай указал мне на лежанку у костра, опустилась на нее без разговоров, собираясь сладко уснуть, но еще долго лежала, прислушиваясь и подглядывая из-под ресниц, и думала об очаровании ночи.

И когда сон принял меня в свои объятья, налив веки тяжестью, я снова вспомнила прошедший день. Но не тот, который я прожила, разглядывая красоту летнего дня, а тот, где мне связали руки, накинули на голову мешок и, перекинув через седло, везли в неизвестном направлении.

Я слышала звук воды, слышала щебет птиц, но из запахов чувствовала лишь один – запах пыли от грязного мешка. Вот такая я бедная и несчастная, пожалей меня, Вайтор. Ах да, ты же не знаешь жалости, тогда просто не наказывай, а лучше возьми снова, и я посмотрю на то, каким равнодушным умеет быть Скай Аквей…

– Тьма, – выдохнув, я распахнула глаза.

И только собралась отругать себя за лишнюю последнюю мысль, как забыла обо всем, о чем вообще думала, потому что я стояла на берегу бурной широкой реки.

Ни моста, ни переправы, только пороги и оглушающий рокот воды. И всё бы ничего, что только во сне не привидится, но на другой стороне реки стоял черный замок, объятый огнем, и перейти к нему не было никакой возможности.

– Игнис… – долетел до меня едва слышный шелест голоса Господина. – Игнис…

– Вайторис, – прошептала я и увидела его перед воротами замка.