Наследие. Часть 1

Ладони Рика скользнули по нежной коже, остановились на бедрах и вжали тело Ингер в мужское тело.

Аниторн смотрел на нее, исследуя жадным взглядом женское тело. Затем опустился между ног мачехи и прохрипел:

– Ненавижу.

– Но хочешь меня, – рассмеялась Ингер.

Он толкнул ее на пол и навалился сверху. Не было нежности, не было ласк – только черная разъедающая похоть и обжигающая ярость.

– Ненавижу, – повторил Илейни и овладел ею.

Брал жестко, рыча, как зверь. Кусал плечи женщины, ее губы, слизывал выступившую кровь и продолжал вколачиваться в извивающееся тело.

Черты его лица исказились. Ярость и наслаждение переплелись в мужчине столь плотно, что Ингер на мгновение показалось, он убьет ее прямо сейчас. Но вот аниторн вошел в нее последний раз и, вскрикнув, излился.

Задохнувшись от волны острого удовольствия, Ингер сорвала с шеи амулет. И как только наслаждение схлынуло, она почувствовала, как расслабляется пресыщенное тело и блаженно застонала. Риктор, еще нависавший над ней, моргнул, помотал головой, и лицо его исказилось брезгливой гримасой.

Наваждение растаяло, оставив после себя холодное бешенство. Мужчина отпрянул в сторону и сузил глаза – держать себя в руках стало почти невозможно.

– А ты боялся, – хрипло усмехнулась Ингер. – Бояться надо было мне. Ты настоящий зверь.

– Как? – выдохнул он, понимая, что сейчас не сдержится и удавит мачеху.

– Немного магии – и ты мой, – ответила она, после села и оперлась спиной на стену. – Ах да, сегодня ночь, когда я зачала от тебя… Еще немного магии.

Можешь готовиться к свадьбе: я молчать не буду о том, кто отец.

– Зачатие? – повторил Рик, разом остывая. – Отец?

Ингер, кивнув, широко улыбнулась, но через пару мгновений лицо ее недоуменно вытянулось, потому что широкая улыбка появилась теперь на лице Илейни.

– Отец… – повторил он и вдруг оглушительно расхохотался, а после воскликнул: – Ингер… дура! Я принял некоторые меры предосторожности, зная, как Нэми хочет от меня ребенка.

И если бы ей взбрело в голову освободиться от своей печати бесплодия, то она ничего бы не добилась. На мне стоит такая же печать. Ее снимут только тогда, когда я женюсь. Я бесплоден! Отец…

И он вновь расхохотался, глядя на побледневшую мачеху.

– Наслаждайся, Ингер! Ты же хотела меня? Ты получила, но только меня. – Риктор смеялся издевательски, до слез и всхлипов, приведя женщину в ярость.

– Я скажу, что ты меня изнасиловал! – выкрикнула она.