Нефилимы. Дилогия

И даже, если бы Софира ответила бы на его чувства, во что он верил с трудом, их любовь так бы и осталась запретной. Запретной Законом Совета. Если Охотники были созданы Небесами для борьбы с нефилимами, то это неоспоримо. Мир допустим, но любовь – никогда. Преступление данного закона каралось смертью обоих павших, так же, как и с ангелами тысячи лет назад.

Мучая себя подобными мыслями, Габриель мчал через город с единственной девушкой, которой он безвозвратно отдал свое сердце.

Город готовился к предстоящим торжествам.

Повсюду среди пальм виднелись наряженные елки, люди спешили по своим делам. Магазины пестрели украшениями из цветов и гирлянд. Проезжая часть была переполнена автомобилями, и Габриель виртуозно выбирал улочки, на которых было свободнее.

Затормозив у одного из торговых центров на Оливер-стрит, Брил помог Софире сойти на землю. Ее щеки раскраснелись, волосы были растрепаны ветром, но никогда она не была так прекрасна, как сейчас. Он готов был любоваться ей целый день, но вместо этого он взял ее за руку и повел внутрь.

Время летело, словно на крыльях, рядом с ней и не было для него дня счастливей до сегодняшнего. Они обошли все магазины и накупили кучу безделушек для друзей. Брил нес огромную кучу свертков, а Софи, расслабившись, бежала вприпрыжку рядом. Он рассказывал ей о всяких пустяках, забавные истории своей жизни, и она искренне смеялась. Они даже пообедали в маленьком уютном кафе на одном из этажей магазина.

Так замечательно Софира не проводила время довольно давно.

Она радовалась от души, впитывая эмоции, запоминая каждую деталь, чтобы потом лелеять этот момент в своем сердце.

Когда пришла пора возвращаться в центр, возникла проблема с размещением такого количества пакетов на мотоцикле. Так и не справившись с этим, Брил и Софи вынуждены были вызвать такси. Она ехала в машине, а он за ней на мотоцикле.

Ее сердце пело при взгляде на его тело, пригнувшееся к хромированному коню. Видя, как ветер трепал его волосы, так как они не взяли с собой шлемов, ей хотелось провести по ним ладонью, зарыться в них, ощутить их шелк на своих пальцах.

Те улыбки, от которых у нее раньше подгибались колени и были не в ее сторону, были тусклыми. Сегодня они были адресованы только ей и сияли ярче звезд, зарождая тепло в ее груди, разливавшееся по всему телу сладкой негой.

Такси доехало до собора и двинулось дальше, оставляя счастливую парочку собирать пакеты, которые то и дело выскальзывали из рук.