Провидица

Сайер распорядился приготовить для него другие покои. Туда же принесли горячую воду и чистую одежду. Трапезничал ласс тоже в одиночестве, после заглянул к своей пленнице, удостовериться, что ей оказано надлежащее почтение, и Катиль ни в чем не нуждается.

– Держите, – Корвель вручил девушке кошель, полный монет. Она недоуменно взглянула на него. – Ни на турнир, ни во дворец я вас с собой не возьму по понятным причинам, но пройтись по городу вы можете. Вас будет сопровождать ваша служанка и четыре моих воина.

Не скупитесь, купите все, что посчитаете нужным. Развлекайтесь.

Мужчина развернулся, чтобы уйти. Катиль еще раз взглянула на кошель, затем поднялась со своего места и окрикнула сайера.

– Ласс Корвель, это… неожиданно, – произнесла она. – Благодарю. Но что вы сделали с Рагной?

– Закрыл в покоях, – спокойно ответил ласс Корвель. – Один из нас должен понять свою ошибку. Или она найдет, в чем была неправа, или я буду вынужден признать, что все это время был слепцом и ошибался в той, кого посчитал достойной моей любви и почитания.

– А как же турнир? Рагна так ждала его, – удивилась лаисса Альвран.

– Она сама себя лишила зрелищ неразумным поведением, – отчеканил сайер, склонил голову, прощаясь, и покинул покои Катиль.

– Чудны дела ваши, Святые, – прошептала девушка, глядя на закрывшуюся дверь.

Глава 11

Площадь Угольщиков встретила сайера гомоном тысячи голосов, криками зазывал, громким хохотом, надрывным собачьим лаем и смешением множества запахов, доносившихся со всех сторон.

Тут пахло свежими пирогами и вафлями, конским навозом, травяными настоями, хмельными напитками и элями, текшими бескрайней рекой. В общей толпе можно было увидеть знать и простолюдинов, спешивших насладиться зрелищами. И хоть празднование дня рождения короля длилось целых пять дней, никогда не было того, кто бы сказал, что устал от этой радостной толчеи. Люди каждый день устремлялись на площадь Угольщиков, с жадностью впитывая в себя происходящее.

Ласс Корвель огляделся и невесело усмехнулся. Он тоже ждал этого дня, чтобы показать своей возлюбленной все чудеса праздничной площади, увидеть в ее глазах восторг и насладиться чистой радостью Рагны. Но вышло так, как вышло, и мужчина откинул ненужные сожаления. Поведение наложницы было вне его понимания. И если поначалу он еще мог объяснить все ревностью, то сейчас окончательно запутался.