Провидица

Она рожает тебе наследника…

– И что потом? – ледяной тон любовника насторожил Рагну. – Что потом? Я закрою ее в покоях, лишив сына, которого будешь воспитывать ты? Буду приходить к ней и спрашивать, не было ли у нее видений, если она еще будет к ним способна? Что на тебя нашло? Я не поступлю так с этой девочкой.

– Гален…

– Нет! – Корвель развернулся и направился обратно к отряду.

Наложница догнала его, пристраиваясь рядом.

– Если ты переживаешь, что мне будет больно…

– Я сказал – нет! – в глазах сайера сверкнул гнев.

 – Не вздумай заговорить об этом снова. Я не унижу благородную лаиссу подобным бесчестьем, – зашипел он, склонившись к побледневшему лицу наложницы. – Я всегда считал тебя умной, но последние дни ты ведешь себя странно. Еще немного, и я пожелаю узнать о причинах твоего поведения.

– Гален, что ты говоришь? – всхлипнула Рагна, но сдержала слезы и первая вернулась на их место.

Она снова легла, обиженно взглянула на ласса, но тот остался равнодушен. Корвель бросил взгляд на Катиль, тряхнул головой и снова сел.

Вскоре в старом замке вновь воцарилась тишина. Голова сайера склонилась на грудь, сон уже подкрался к нему, когда в недрах древних развалин послышался шорох. Ласс вскинул голову, но вокруг опять была тишина. Он снова закрыл глаза, и шорох повторился, затем где-то вдалеке ударился о каменную стену камешек. После послышались торопливые шаги, и в зал, где остановился отряд, вбежал Рёнгафт Туни.

– Я слышал шепот, – сказал он, подбегая к господину.

– У нас гости, – утвердительно произнес ласс. – Всем быть наготове.

Туни бросился к спящим товарищам, чтобы растолкать их. Рагна подняла голову.

– Иди к лаиссе, – велел Корвель. – Держитесь вместе.

– Гален…

– Живо! – рявкнул на нее сайер.

И женщина поспешила выполнить приказ любовника. Она села рядом с Кати, и воины закрыли их, готовые встретить еще неведомую опасность. На стенах замка заплясали тени, и тишину каменных сводов разрезал звук зазвеневшей тетивы. Захрипел один из воинов, оседая на пол, из его горла торчала стрела.

– Огонь! – гаркнул Корвель, когда упал второй воин. – Мы у них, как на ладони.

Вафрет метнулся к бурдюку, залил костерок, и полуразрушенная зала древнего замка погрузилась во тьму. На короткое время воцарилась тишина, и только шепот, молившейся женщины нарушал это краткое затишье. Корвель скривился, ему мешал чуть истеричный шепоток, прерываемый всхлипами. Но напавшие на них враги сами обнаружили себя.