Солнечный луч. Чего желают боги

Мать сдыхать будет, а не отступит. Та самка тоже, значит, дралась до последнего, раз детеныши остались живы.

– И не только дралась, – произнес Танияр. – Держалась, пока не нашла, кому отдать своих детей.

– Бедняжка, – вздохнула я сочувственно.

– Ты, Ашити, должна стать им матерью, а ты, Танияр, – кийрам нацелил палец на каана, – одним из рырхов в стае. И для нее, – теперь он указал на Торн. – Не бери ее, не гладь, отгоняй, ругай, когда лезет. Если будешь ласкать, она потом с Ашити будет драться как с соперницей.

Или сразу шею сверни, или оттолкни, иначе потом всё равно убьешь, чтобы жену защитить. Рырха не отступится.

– Рырхи мать не обидят, – напомнил каан.

– Ты ей мать, – ответил Улбах. – Сейчас мать. Начнет зреть, самца может учуять, тогда к весне на Ашити нападет.

В этом был смысл. Танияр уделил девочке внимание почти сразу. Он взял ее на руки и нес от места, куда рырха привела меня, потом вез на Тэйле, и она потянулась к каану. С Бойлом было иначе. Юглус забрал его у меня ближе к нашей стоянке, и хоть и вез, но на подворье появлялся не каждый день, а мой муж тут жил и возился с Торн чаще, чем с остальными.

Мальчиками занималась я.

– Ашити с ними бывает чаще, – обратившись к кийраму, возразил моим мыслям Танияр.

– Ты сильный, Ашити тебя слушается, – ответил Улбах. – Для нее, – он указал на Торн, – твоя жена тоже детеныш. Она должна ощутить силу матери и ее защиту.

– И что же нам делать? – спросила я, глядя с жалостью на Торн.

Улбах не ответил.

Он встал на ноги и вдруг грубо схватил малышку за шкирку. Поднял на уровень глаз и встряхнул.

– Дурной рырх, – гаркнул вожак. – Совсем глупый!

– Ул… – начал Танияр, но кийрам рявкнул:

– Молчи, беловолосый! – И снова встряхнул взвизгнувшую Торн.

– Да что же ты делаешь! – вскочив с места, возмущенно воскликнула я.

– Я обижаю вашего рырха, – осклабился Улбах.

Танияр перестал обращать на него внимание. Он взял стакан с буртаном, отхлебнул и произнес:

– Спой, Эчиль.

Вожак опустил рырху на землю, завалил на спину и дернул за лапу. Уже поняв смысл происходящего, я сурово свела брови и стремительно направилась к мучителю маленьких рырхов. Мейтт, дремавший у моих ног, подскочил и поспешил следом, засеменил за ним и Бойл. Они остановились за мной, не вылезая вперед, но и не прячась, кажется, уверенные в том, что рядом со мной безопасно.

– Хватит издеваться над моим детенышем, – сердито сказала я и оттолкнула кийрама.