Солнечный луч. Чего желают боги

Торн взвизгнула. Она растянулась на брюхе и продолжала повизгивать, пока брат трепал ее.

– Не лезь, – усмехнувшись, произнес Улбах. – Вот вожак и определился. Твой первый помощник, погладь. А эту, – кийрам посуровел, – не трогай. Пусть полежит и подумает.

И пока он говорил это, Бойл хватанул сестру за заднюю лапу и, усевшись рядом, поднял на меня взгляд, словно спрашивая: «Я тоже молодец?» Будь они людьми, я бы отругала обоих мальчишек за то, что побили сестру, но мои детеныши оставались хищниками, и пришлось похвалить обоих.

Все-таки они защищали меня, особенно Мейтт, в который раз подтвердив, что имена я распределила верно. Он должен был стать главным, иначе быть не могло. В этом я была уверена.

– Расскажи еще, – попросила я, и Улбах с готовностью продолжил свой рассказ.

Танияр снова подсел к нам, готовый слушать, но к нему подошел ягир, стоявший на страже у ворот. Он склонился к уху каана, что-то прошептал, и лицо моего супруга на миг помрачнело. Я накрыла его руку ладонью и устремила на супруга вопросительный взгляд.

Он улыбнулся в ответ и велел:

– Пусть войдут.

– Кто там? – спросила я, и Улбах с интересом посмотрел на каана.

– Люди Елгана, – ответил Танияр и усмехнулся: – Никак Илгиз их направил.

Я тихо охнула, и теперь супруг пожал мою руку:

– Всё к лучшему, Ашити, – сказал он и поднялся из-за стола навстречу незваным гостям.

Танияр скрылся за углом дома, и пока разглядеть, кто к нам пришел, не представлялось возможным. По правилам хорошего тона тагайни жена не должна была выходить к гостям вместе с мужем.

Могла, но это было необязательно, и я осталась сидеть с Улбахом. Во-первых, не хотелось оставлять кийрамов, а во-вторых, обострять ситуацию с первых минут. Глаза-то у меня цвет не изменили, а уж что там молва донесла до соседнего тагана, нам было неизвестно. Как и причина визита послов Елгана. О свадьбе каана Зеленых земель там уже должны были услышать.

– Туор! – воскликнул мой муж. Его голос лучился искренней радостью, будто и не он еще минуту назад поминал Илгиза.

 – Мой добрый друг! Как же я рад видеть тебя в моем доме!

Не знай я о том, насколько посольство было не ко времени и неприятно каану, то решила бы, что Танияр и вправду счастлив видеть новых гостей в своем доме. Впрочем, прятать настоящие чувства он умел хорошо, это мне было известно. Только обычно он скрывал свою веселую, жизнерадостную натуру под маской суровой невозмутимости, а сейчас всё было с точностью до наоборот.