Солнечный луч. Между сердцем и мечтой

– Что с вами, дитя мое? – негромко спросила меня матушка. – Что ранит вас, Шанни? – Она подошла ближе, обняла меня за плечи и попросила: – Расскажите.

Обернувшись к ней, я растянула губы в улыбке:

– Пустое, дорогая моя, это всё пустое.

Поцеловав баронессу Тенерис в щеку, я направилась к Амберли. Она застыла у одной из корзин с цветами и с тревогой смотрела в нашу с матушкой сторону. Приподняв брови в фальшивом изумлении, я вопросила:

– И это всё, что ты смогла просмотреть за это время?

– Шанни…

– Мой добрый друг барон Гард поздравляет тебя, сестрица, – прервала я ее, – и желает тебе благоденствовать.

– Благодарю его милость, – ответила Амберли. Она всё еще смотрела на меня испытующе, и я вытянула из ее пальцев уже распечатанное послание.

– И что нам пишут? – спросила я, дразня ее, и сестрица выхватила у меня записку.

– Фу, как неприлично иметь такой длинный нос, – фыркнула она.

Я показала ей язык, и моя показная игривость возымела действие.

Амберли успокоилась и вернулась к просмотру «корреспонденции». Немного постояв у нее за плечом, я вернулась к своим цветам. Я сумела подавить в себе это болезненное негодование, вдруг захлестнувшее меня, потому смогла поглядеть на родительницу с уже искренней улыбкой. Матушка проводила меня задумчивым взглядом, но говорить ничего не стала, по крайней мере, пока, и за это я была ей благодарна.

Просмотрев еще пару посланий, я добыла предпоследнее, надорвала его и… гулко сглотнула.

Перевернув конверт запечатанной стороной, я с минуту не сводила взгляда со знакомого мне оттиска.

– О Хэлл… – прошептала я и поспешила покинуть гостиную.

Меня не останавливали, да это бы и не удалось сделать, потому что мне не терпелось остаться наедине с тем, чего я ждала столько времени. Вот теперь мои руки подрагивали. Волнение и страх, снедавшие Амберли еще недавно, передались мне в полной мере. Выбежав за дверь, я даже не сразу решилась прочесть ровные строчки, написанные хорошо знакомым мне почерком, отчего-то ожидая худшего.

– Не глупи, – велела я себе. – Ты – Шанриз Тенерис, а не какая-нибудь впечатлительная девица.

Так вернув себе разум, я раскрыла письмо всего в несколько строк и, притопнув ногой для решимости, все-таки прочла.

«Неделя истекает, ваша милость. Надеюсь, вы уже собрали ваши вещи и готовы вернуться к своим обязанностям.