Выбираю счастье

 – Все здесь родное, каждая улица, каждая площадь, каждый дом, будь то красивая новостройка или облезлая двухэтажка. Здесь все на своем месте».

Она жила на улице Гагарина в трехкомнатной квартире «хрущевке» вместе с родителями и дочкой Диной. Они всегда ждали ее к ужину, но если Жанна не появлялась к семи вечера, то кушали без нее, так уж было заведено. Она единственный работающий человек в семье, понимали, что могла приехать и в десять, и в одиннадцать вечера. Но сегодня она успевала к ужину, ко всеобщей великой радости.

Мама и папа у нее были на пенсии. Их помощь для Жанны была неоценима.

«Вот и дочь уже выросла, шестнадцать лет, совсем взрослая», – Жанна вошла в прихожую, скинула кроссовки, переоделась в спортивный костюм и пошла мыть руки.

– Жанночка, вот ты молодец сегодня, успела к ужину, – мама подошла, поцеловала дочь и пристально стала рассматривать – уставшие ли у нее лицо.

– Привет, мам, – Динка пролетела мимо, чмокнула ее в щеку. – Пойдем ужинать, дедушка уже за столом.

Дальше был ужин и тихий, спокойный вечер.

В этой семье было не принято ссориться и повышать друг на друга голос. Только мама Жанны часто беспокоилась за дочь: «Как можно так много работать? Приходишь в десять, в одиннадцать вечера, иногда даже в двенадцать. Так себя совсем угробишь. Замуж тебе пора дочка, пусть муж обеспечивает».

Жанна всегда хохотала в ответ, так по-доброму, что дальше не нужно было и продолжать.

***

Утро было нежарким, а потому прекрасным. Солнце еще не успело накалить воздух в простеньком офисе без кондиционера.

Из окна доносился терпкий запах листьев березы, ветки которой были готовы вломиться прямо в открытое окно.

Июль отличный месяц для отпусков с поездками на море или на пляж за городом. Середина лета – это еще ничего, еще будет время отдохнуть. А пока поработаем.

Примерно так думали сейчас все сотрудники агентства «Старт», подтянувшиеся к девяти часам на свое рабочее место в полном составе.

Марина Юрьевна Шитикова сегодня не опоздала и уже говорила с клиентом по телефону, приложив руку ко лбу.

Она была неотразима: легкий летний сарафан из плотного белого поплина в красный мелкий горошек раскинулся складками до самого пола, на ногах красные туфли на толстой белой платформе, в цвет гороху и туфлям яркая помада. Женщина вамп, да и только, глаз не отвести; с голосом царицы: властным, хрипловатым и громким.

– Марин, можно потише, ты не одна, – попросила Жанна, нажимая кнопку чайника. – Кто кофе будет?

– Я.