Хранитель талисманов. Книга 1

Девушка красиво наклонила голову:

– Спокойной.

С улицы зашёл Иван.

– Во сколько мы завтра? – спросил он. – Как проснёмся, так и поедем?

Велехов кивнул, провожая взглядом Арнаву. Она пошла наверх, в спальню. Софья встала в дверях кухни, сосредоточенно вытирая полотенцем мокрые руки. Никита вымыл кружку, поставил на полку и, поцеловав хозяйку дома в щеку, тоже отправился в комнату. Как только он ушёл, Софья покачала головой и взглянула на мужа:

– Ну дела. Ты видишь?

Иван кивнул:

– Понравился он ей.

И она ему.

Софья стояла в задумчивости.

– Не знаю, радоваться ли… – наконец произнесла она. – Надо бы, да не могу.

Иван подошёл к жене, обнял, поцеловал в губы. И какое-то время так и стояли оба, держа друг друга в объятиях.

– Вот и началось, – прошептал Иван. – Но этот путь – неблизкий. Ещё много времени.

Софья тяжело вздохнула, уткнувшись в грудь мужа.

– Хорошо бы, – ответила она.

* * *

Ночь не могла быть спокойной. Велехов не мог уснуть. Лежал, глядя в окно на ярко-белую луну.

Посреди ночи в коридоре неожиданно раздались голоса и быстро удалились вниз по лестнице.

Никита удивился, поднялся с кровати и вышел из комнаты. Девушки как раз спустились в переднюю. Там их ждали Софья и Дарья.

– Всё, русалочки, спасибо. – Софья расцеловала Катерину и Полину и спросила Арнаву: – Ты долго в гостях пробудешь?

Та покачала головой:

– Нет. Завтра утром отбываю в столицу.

Софья расцеловала и её:

– Спасибо тебе за Никиту.

– Не за что.

Как вы ему утром объясните, что нас нет?

– Придумаем что-нибудь.

– Про машину не забудьте, – напомнила Полина.

– Не забудем. Хатат сейчас её уберёт.

Женщины проводили девушек до ворот. А у Велехова не было времени обдумать ситуацию и странный разговор. Он, как был – в одних штанах и босиком, перелез через забор, обдирая руки, и крадучись направился следом.

«Куда они? – поражённо думал он. – Среди ночи? По лесу?»

Но чем дальше девушки уходили от дома, тем сильнее становилось сияние вокруг них.

Ночной ветер развевал их длинные волосы, и фигура каждой источала свет. Их невозможно было потерять из виду.

Впереди блеснула гладь тёмного озера. Спрятанное от чужих глаз днём, теперь оно показалось во всей красе. Сплетённые ветви деревьев распрямились, полностью открыв ночное небо над ним. Вода сверкала из глубины, став абсолютно прозрачной до самого дна. В лунном свете переливались перламутровые арки, уходящие опорами в глубину.