Отец моего жениха

Я старалась не смотреть на него и ковыряла приборами в тарелке, делая вид, будто ем.

– Кто Ваш любимый художник? Густав Климт, может быть, или..

– Не знаю, кто это, – сухо ответила я, не поднимая головы.

– Скай, это не тот, который рисовал тех кривых женщин? Тебе он нравился, вроде как, – влез Арчи, и мне захотелось его треснуть.

– Да, кажется, это он, – пробормотала я.

– "Водяные змеи" моя любимая, а у Вас какая, Скарлетт?

– Скай, – поправила я и взглянула на мужчину. Он ухмылялся мне одним лишь взглядом.

Чего он добивался? Что я сбегу? Что нервы не выдержат, и я признаюсь во всем Арчи?

– Пап, ты, должно быть, видел вчера Скай на выставке.

Мистер «гребаный» Шейн взглянул на Арчи, а потом на меня.

– Нет. Не обратил внимания.

Интересно, Арчи тоже слышал этот издевательский тон, или я превращаюсь в параноика?

– Скай, ты извини, что не сказал, что мой отец будет там, ты же понимаешь почему.

– Очень жаль, мы бы могли  познакомиться еще вчера. Уверен, что нашли бы общий язык, так Скарлетт?

Я сжала кулаки под столом и посмотрела на этого Шейна.

Клянусь, я была так зла, что казалось, будто дьявол в меня вселился.

– Вы издеваетесь?

– Скай, – одернул меня Арчи. Он, должно быть, намекал, что его папочке не понравится мой тон, но ему нравилось. Он наслаждался моей яростью. Этого он добивался.

– Пусть выскажется, сын. Разве мы не для этого собрались? Чтобы говорить. Так мы сможем лучше узнать друг друга.

– Меня зовут Скай, мистер Лэнгфорд.

– Извините, я думал это два разных имени.

– Это так, но только очень близкие люди называют меня Скарлетт, простите.

Я натянуто улыбнулась, Арчи бросил на меня осуждающий взгляд. Я должна понравиться его отцу, но к счастью мой парень понятия не имеет, что все пошло совсем не по плану.

На самом деле, я никогда не была против того, чтобы кто-то назвал меня моим настоящим именем, мама говорит, что оно благородное. Но я не была благородной, и Шейн Лэнгфорд не тот, кто может назвать меня так.

Все дело в том, что когда он произносит мое полное имя в своей особой манере, он буквально плавит мой мозг.

– Как скажете, Скай.

И он снова это делал. Он ласкал мои уши, не касаясь их. Никогда не было так приятно слышать свое имя. Казалось, не имеет значения, как он меня называл, все дело было в том, каким способом он это делал.

– Пап, я знаю, что тебе сложно принять Скай, но тебе придется, потому что мы собираемся пожениться.