Теряя надежду

– Почему мне не сказали раньше?

– Мы с отцом хотели, чтобы ты доучилась хотя бы год, не хотели тебя расстраивать и отрывать от учебы, да Альбина была того же мнения.

– Ладно, ясно. Тогда, почему я узнаю, о приступах только сегодня?

– Это сложно, – буркнула мама.

– Сложно, мам? Что сложно? – Я перешла почти на крик.

– Хватит, – послышался мужской голос и, я немного пришла в себя.

– Не дави на нее, – продолжил Андрей. – Думаешь, ей легко?

– Думаешь, мне легко?! – вставила я, слегка повысив тон.

– Явно легче, чем твоей сестре. А ты только и делаешь, что драматизируешь, делаешь из себя жертву.

– А ты только, что и делаешь, так подлизываешься к моей маме, мол «Посмотрите, какой я хороший». Жаль, что мама не знает, что под этой красивой «упаковкой» кусок гнили.

– Прекратите! Оба.

Мама посмотрела на нас. Ее глаза были наполнены слезами. – Тебе нужно научиться следить за языком, – продолжила она, обращаясь ко мне.

– А тебе, мама, нужно перестать верить вот так таким, как он.

– Хватит. Больше не хочу ничего слышать.

– Езжай домой, я побуду здесь.

– В этом нет необходимости.

– Мам, езжай домой, отдохни, Альбина все равно еще спит.

Мать посмотрела на меня, а потом перевела взгляд на Андрея, а потом снова на меня. Якобы, предупреждая нас, чтобы вели себя подобающе. Судя по взгляду, предупреждение, было больше адресовано мне, чем ему.

– Ты позвонишь, когда она проснется?

Я кивнула.

– Жанна должна привезти ее вещи.

– Я бы могла и сама это сделать, но ты просишь чужого человека.

– Она получает за это деньги.

– Я могла бы делать то же самое, только бесплатно, мам.

– Не начинай, прошу. У меня болит голова. Просто позвони мне, когда твоя сестра проснется. И. Андрей, я не смею просить, но все же попрошу. Не мог бы ты тоже побыть какое-то время здесь? Просто, на всякий случай.

– Конечно, теть Лор, не беспокойтесь, я и сам собирался остаться.

Я и сам собирался остаться, бла-бла-бла.

Кусок лживого дерьма. И что значит «На всякий случай»? Что может произойти? Господи, моя мать не доверяет мне даже, просто посидеть на скамейке у палаты. Чувствую себя дерьмово от осознания этого.

Мама ушла, прежде, еще раз напомнив, что я должна буду позвонить. Я присела на скамейку обтянутую чем-то похожим на кожу, «исчадие ада» сделал то же самое. Между нами было расстояние сантиметров в тридцать, но и это для меня казалось слишком близко.