Уродина

Опершись на дверку машины, Маркус сложил руки на груди и провожал меня взглядом. Он смотрел, пока я не скрылась за каркасом автобусной остановки. Я всегда знаю, когда он смотрит.

За остановкой курили двое первокурсников: девчонка в розовой сетчатой кепке и парень на голову выше нас обоих. Я не знала их лично, но видела пару раз в колледже.

– Извините..

Они даже не обратили на меня никакого внимания.

– Извините.. Здесь нет общественного туалета?

Я знала, что его нет, но вдруг.

. Может, они догадаются, что мне нужно переодеться и уйдут?

– Ты это нам?

– Угу. Прошу прощения, что отвлекла вас от.. неважно.

– Толчка нет, только кусты.

Парень кивнул в сторону небольшой, но густой лесопосадки.

– Ясно, спасибо.

– Хочешь?

Он протянул мне недокуренную сигарету, я в ответ покачала головой и постаралась улыбнуться.

Засохшая, скошенная трава забивалась в кроксы и причиняла дискомфорт. А лесопосадка будто Богом забытая, обломанные ветки кустарников царапали ноги, пока я пробиралась вглубь, постоянно оглядываясь, не видно ли меня с дороги.

Быстро стянув с себя мокрую одежду, оставив лишь нижнее белье, я натянула толстовку Маркуса, которая, слава Богу, прикрывала все, что нужно, хоть и была чересчур короткой для меня. «Нэнси бы подошло» – почему-то подумала я. От толстовки пахло потом и мазутом, но это почему-то не отталкивало, и даже не потому что ароматы в этом месте были похуже. Даже при такой жаре тут пахло сыростью, фекалиями и возможно. . мертвыми животными.

Юбка все еще болталась на моих ногах, и я в спешке пыталась расстегнуть сзади молнию, не прекращая озираться по сторонам. В итоге я запуталась в собственных ногах, или в юбке, но это уже неважно.. Споткнувшись о лежавшую рядом сухую ветку, я приземлилась лицом в землю. Судя по ощущениям, я счесала не только подбородок, но и подвернула лодыжку. Простонав от боли, я открыла глаза и замерла на мгновение. Запах мертвечины ударил в нос с новой силой и жужжание мух почти у самого лица, заставил меня попытаться немного отползти назад.

Точнее, не мухи заставили, а то над чем они летали. Я вновь застонала от боли, которая прострелила ногу, а затем расплакалась, потому что единственное, что я могла сейчас сделать это – зажмурить глаза и не смотреть на эту мертвую, уже почти иссохшую и съеденную насекомыми кошку.

– Боже, просто помоги пережить этот день.