Неукротимый шторм

И это все, на что он способен?

– Разве?

– Ты не можешь удерживать меня здесь вечно…

Немидес был прав. Когда-нибудь кровь Танатоса потеряет свою силу. Вопрос был в том, сбежит ли тогда Немидес или набросится на меня. Я достала свой ациам. И удовлетворенно отметила, как в глазах моего пленника замерцал страх. Всего лишь краткий миг, но он меня убедил.

– Мы не на Тихом омуте, – напомнил мне Немидес. – Против меня у тебя нет ни малейшего шанса.

Верно. Только если он не хотел бросить мне вызов в честном поединке.

Чего он, конечно, не сделал бы…

Но я предусмотрела это заранее.

– Увидим. – Я прокрутила ациам в руке.

Поверх его гнева проступила осторожность. Именно это и делало Немидеса таким опасным. Он не позволял себе руководствоваться чувствами.

– А что там с твоей подружкой? С твоей мамой? Плеядой? – коварно осведомился он. Мы оба понимали, что лишь моя договоренность с Лигой защищала их от расправы. До тех пор, пока я не выступила бы против Лиги…

– Что с твоим знанием об Электре? Подмене сердца Люциана? Твоем предательстве Лиги? – ответила я.

У меня было достаточно доказательств, чтобы свергнуть Немидеса, но для меня речь шла не об этом. – А что с убийством Люциана?

Я видела, как Немидес задумался – как он продумывал тактику. Низкий раскат грома заполнил тишину между нами. На улице гроза становилась сильнее.

– А что же с любовью, что из-за нее люди так часто расплачиваются потерей рассудка? – прозвучали в результате его слова. В уголке рта подрагивала гадкая улыбка.

 – Скажи мне, Ариана: ты когда-нибудь рассматривала вариант, где Люциан еще может быть жив?

Да, рассматривала. Постоянно. С тех пор, как верховный мастер впервые раскрылл мне ложь Немидеса, тоненький беспощадный голосок сомнения преследовал меня. Он был моим проклятием, потому что я могла его одолеть, лишь подпустив к себе воспоминания о любви Люциана. А если я это делала, мое сердце день за днем разбивалось заново.

– Он мертв, – прохрипела я. Это факт. Это должно было быть фактом.

– Почему? Потому что настолько невозможно, что он больше тебя не любит? Что для моего сына ты была просто пустяковой интрижкой?

Его слова попадали в цель, и я ненавидела себя за то, что это позволяла.

Нельзя было давать Немидесу заставить меня потерять веру в то, что было между мной и Люцианом. Я сконцентрировалась на дыхании и отогнала его ложь на задний план.

– Ты просто не хочешь видеть правду, не так ли?

– Если это правда, тогда поклянись в этом! – велела я.