Тихий омут

Я отклонилась, и за мной взорвалась витрина с пирогами.

– Мы можем продолжать так целый день, – похвасталась я. На самом деле я бы не пережила и двух минут, если бы они взяли меня на мушку все вместе.

Мне нужно было призвать Люциана.

Вышибала набросился на меня. У него в руке материализовался черный ациам. Прежде чем я успела удивиться, как ведьмы раздобыли оружие «Омеги», меня отвлекли жесткой атакой. Наши кинжалы лязгнули друг об друга, но у него не было шансов. Дрался он так же, как и выглядел. Грубо, непродуманно и неуклюже.

Я же, напротив, унаследовала способности Танатоса – бессмертного, что веками доводил до совершенства свои боевые навыки. При первой же возможности я блокировала его руку и вонзила ациам ему в сердце. По моим венам распространялся триумф, как и всегда, когда я одерживала победу в сражении. Только… праймус бы сгорел. Он бы просто рассыпался в прах и исчез. Но здоровяк передо мной не был праймусом. Я видела, как жизнь утекала из его глаз. Из раны на груди хлынула кровь. Он упал на пол и с отвратительным звуком сполз по моему ациаму.

Я убила человека.

– Я же ему говорила, – фыркнула старшая ведьма, которая первая на меня напала. – Придерживайтесь плана и не подходите слишком близко.

Оставшиеся шесть ведьм заговорили в унисон. Подобная сокращенная версия Вальпургиевой ночи меня бы только насмешила, если бы в ту же секунду не начался зловещий гул. Он становился всё громче и мутировал в ужасный свист. Сотнями иголок этот свист вгрызался в мои уши и мозг.

Кафе вокруг меня закружилось. Я осела на колени. Глаза слезились. Череп грозил расколоться в любой момент. Я видела, как ведьмы подходили ближе, образуя вокруг меня кольцо. На их руках вспыхнуло пламя. Я знала, что должна что-то сделать. Но была вообще не способна связно мыслить.

И неожиданно боль отступила. Ведьма, которая только что ругалась, рухнула на пол. На ее мертвом лице застыло удивленное выражение… а из ее шеи торчал мой ациам.

Женщина-рокабилли вскрикнула и хотела накинуться на меня.

– Нет, Линн! – заорал мужик с модной стрижкой и поймал ее. Я не понимала, что случилось. Но запах огня и снега в зале стал таким насыщенным, что я подозревала, кто был в ответе за этот выпад. Враг он мне или нет, но в этот раз я воспользуюсь советом Тристана.

Дрожащими пальцами я залезла в карман брюк за печатью-амулетом.

«Люциан…»

Произнести его имя – это было как выдох. Я ощутила, как печать, зажатая у меня в кулаке, растворилась.