У нежности на поводу. Три повести и короткая быль в стихах

Набирая воду ртом, она выпускала её тугой струёй: приятная тренировка лицевых и шейных мышц.

Медленно, с расстановкой, сделала массаж жёсткой плетёной рукавицей. Плеснула на ладонь душистого мыла, так же медленно натёрла им себя и ополоснулась, чередуя холодную воду с горячей.

Обернувшись мохнатой простынёй, она села на край ванны.

В голове – словно в большой пустой комнате – заводной крокодайл ломал свой рок: тру-ту-ру-ту-ту-у-у…

Не сегодня, так завтра… не завтра, так через сто лет…

Она решительно встала, растёрла в ладонях крем, приложила их к лицу, шее, груди.

Распустила волосы – они рыжими волнами легли на плечи.

Единственное, что ей нравилось в собственном облике – это цвет волос. Насчёт всего остального периодически возникали сомнения: длинная шея и длинные ноги – это хорошо или плохо? а маленькая грудь и узкие бёдра? а смуглая кожа? Какое-то это всё… неженственное.

Она тряхнула головой, отгоняя пустопорожнюю болтовню мыслей. Провела щёткой по волосам, едва коснулась тушью ресниц и, как была, в простыне, пошла к себе.

Вязаное платье-мешок цвета летней хвои выигрышно облегало её стройную фигуру и гармонировало с цветом волос и глаз. Из украшений – тонкая серебряная цепочка и пара колец без камней. Эти побрякушки она, конечно, снимет, но это будет позже… А сейчас всё должно быть на своих местах.

Чуть не забыла – духи…

Ещё раз осмотрев себя в большое зеркало с ног до головы, она набрала номер.

– Считай до трёх. – Сказала она и положила трубку.

* * *

Она нажала на квадратную клавишу.

"Кнопка звонка – и ты в дверях, как глоток озона" – пришло ей в голову.

Она попыталась придать своему лицу выражение вроде "мы тут случайно проходили и решили заглянуть"… Но распахнулась дверь и сдунула с него все надетые и ненадетые маски.

"Любимый мой Алёша! Я не видела тебя вечность – с понедельника… Как я рада тебя видеть…" – стучит в висках и во всём теле, а губы произносят:

– Два с половиной…

– Три! – Подхватывает он вместе с лёгким жакетом, который она стряхивает с плеч, стоя спиной к Алёше, и каждой клеточкой своего изнывающего тела ждёт, что вот сейчас он обхватит её своими сильнющими руками…

Но это бывает очень-очень редко.

Чмок! – в щёчку тёплыми сухими губами, в которые ей хочется впиться своими. Чмок! – в другую.

– Проходи.

– М-м-м… – Она принюхивается, проходя в кухню.