У нежности на поводу. Три повести и короткая быль в стихах

А она уже больше ничего не хочет, кроме этих губ, которые пьют её жадно – не оставляя ни капли… никому… даже ей самой… до пустыни, до небытия…

Любимый… любимый мой… Она не знает – вслух ли произносит эти слова, или это в крови гудит. Она уже ничего не знает. И не помнит. И не знала. Ничего. Никогда. Кроме вот этих рук. Губ. Вздувшейся на шее вены. Маленьких упругих сосков. Твёрдого узкого живота. Ничего. Никогда. Не помнила. Не знала. И уже не узнает. Потому что её уже нет. И никогда не будет.

* * *

Она сладко потянулась и, ещё не успев проснуться окончательно, ощутила прилив радости. Приоткрыв глаза, глянула на будильник – десять минут девятого.

Ах, да!.. Воскресенье. И она ещё раз потянулась и улеглась поудобней, собравшись поваляться, пока не появится неотвратимого желания вскочить и распахнуть тяжёлые шторы, за которыми – то ли солнце, то ли пасмурно – не угадаешь.

Едва она задремала, как её блаженство нарушил телефонный звонок.

Свесив руку с кровати, нащупала трубку – аппарат она всегда носила за собой.

– Да?

Услышав голос, она улыбнулась и закрыла глаза.

– Доброе… Только позвольте, что за безобразие – в такую рань! … Что может быть интересного в воскресное утро, кроме самого воскресного утра? … Сюрпрайз? … Прямо нау? … Как, ты уже не в постели?! Вот это сюрпрайз! … Около какого? … Так, для нормального человека – это минут семь… стало быть, для тебя – три с половиной. … Ну, давай – на старт, внимание, марш!

Она вскочила, словно отпущенная пружина, заправила постель, раскрыла шторы и голяком побежала в ванную.

В радостном смятении она всё же успела удивиться нежданному звонку: расставаясь в пятницу ночью, а точнее, ранним субботним утром, Алёша, как всегда, ни словом не обмолвился о планах на будущее, а она, как всегда приготовилась ждать. И ещё заметила – за окном синее безоблачное небо.

Когда она выходила из ванной, застёгивая джинсы одной рукой, а другой расчёсывая волосы, раздался звонок в дверь.

– Ты сошёл с ума… – Она пыталась увернуться, но Алёша прижимался горячим лицом к её прохладной, ещё влажной после душа коже.

– Совсем немного, и сошёл бы… как-никак – я не видел тебя целых двадцать восемь с половиной часов…

Она была уверена, что он и дней бы не сосчитал между их встречами… Если это и есть тот самый сюрприз, ей вполне достаточно.