Стражи Араэля

А в глазах такой цвет, будто туман перед рассветом, когда солнце золотит серую дымку. Чарующий неимоверно. Рафаэль знал, что Бельская любуется, так что смотрел прямо на неё, ждал, когда она насмотрится в полное удовольствие.

– Кто-то был в твоей родне из нелюдей, – в очередной раз покачала головой Ровена. – Глаза, как омут. Как не взгляну, так что-нибудь сделать с тобой хочется.

– А что хочется? – Кайсаров поймал неосторожные слова Ровены мгновенно.

Та молчала, но улыбка, чуть более глубокое дыхание, и прямая осанка, такая, чтобы скрыть, что к пояснице приливает кровь, выдавали желания.

– Я не против, – тихо заметил Рафаэль, и сильно прикусил губу. – Вы ведь знаете об этом, командир Бельская?

Туманно-серая радужка в его глазах потемнела, закрылась чёрным зрачком.

– Конечно знаю, – вкрадчиво ответила Ровена.

Ей нравился этот разговор, и покрасневшая от прикусывания губа Кайсарова тоже, и расширенные зрачки.

– Вам нужно только приказать, – совсем тихо произнёс Рафаэль.

Так, чтобы точно никто не услышал.

Но тихость голоса не убрала из него уверенную твёрдость.

Бельская молчала, думая о том, что отвести взгляд от Рафаэля надо прямо сейчас. Пока кровь от поясницы не добралась до паха. У них обоих.

– Скажи, что подумаешь, – прошептал Кайсаров.

Но Ровена нашла в себе силы. Не произнесла больше ни слова и отвернулась. Рафаэль, глядя на неё, тяжело вздохнул:

– Ясно, командир Бельская. Простите.

Ровена именно так прекращала этот их особый разговор.

Без объяснений, и вообще без слов.

***

Служебный поезд мчался по эйнхерийскому мосту, соединяющему жилые улицы с контрольной зоной, и сквозь окна было видно громадный комплекс. Даже не весь, а только ту его часть, на которую хватало взгляда. Сам вокзал был огромен. С высоты моста было видно прозрачные купола пяти его атриумов с несколькими десятками платформ в каждом, железнодорожные пути и составы, влетающие на всех парах под фигурные арки.

Поезд доставил своих пассажиров к главному входу контрольной башни.

Лифт домчал их в общий зал стражей на верхнем этаже. Сюда стекались все отделения охранного корпуса.

Едва открылись двери лифта, как три стража хором поприветствовали командира Бельскую:

– Доброе утро!

– Доброе утро, – ответила Ровена своему отделению, – все живы, здоровы?

– Обижаете, командир, – отмахнулся Калина.

Та ещё детина. Рафаэль, несмотря на своё крепкое телосложение, едва достигал ростом его груди.