Выжженная земля

«Иллюзию они не распознают, но при определенных обстоятельствах смогут ощутить мою силу», – телепатически предостерег меня Бел. Я угрюмо покосилась на постовых и обругала себя за то, что была слишком невнимательна и не заметила их. Меня отвлекли переживания за Люциана. Воспоминание о его отчаянном взгляде. Его последних словах.

«Бел? А что, если он не поверит, что я до сих пор жива?»

В тот раз в его подсознании Люциан слышал меня, видел и все равно изгнал. Что, если он примет меня за игру воображения и просто пожелает положить конец этим страданиям?

«Ты умерла у него на руках, Ари.

Охранники не задержались и не заметили всплеска энергии. Мне было плевать, прямо сейчас я готова была взять лицей штурмом, скажи кто-нибудь, что только это приведет меня к Люциану. Он уже слишком долго жил с мыслью, что остался один.

«Время течет по-другому для… бестелесных?» – спросила я праймуса, который продолжал держать меня за руку.

«Чуть меньше шести недель», – прозвучал сухой ответ.

Я растерянно повернулась к нему.

«Что?»

«Это ведь и подразумевал твой вопрос? – произнес Бел с намеком на улыбку. – Твоя человеческая половина погибла чуть меньше шести недель назад».

Шесть недель?! Господи! Уже шесть недель Люциан считал меня мертвой? Для меня самой все чувствовалось максимум как пара дней.

– Кто-то идет, – негромко сообщил мне Белиал. Он махнул головой по направлению к маленьким воротам, которыми пользовался обычно только дворник, когда выбрасывал мусор из сада.

– Сейчас! – сквозь ночь долетел до меня настойчивый шепот. Бел снова поймал мою руку и рванул вперед. Видимо, печати образовывали проход для нас, но долго продержаться не могли. Нам едва удалось проскочить, и сияющие линии потускнели, а защитный барьер восстановился.

– Ари? – прозвучал голос, от которого мое сердце пропустило удар.

Я медленно обернулась и встретилась с небесно-синими глазами Гидеона. Кто-то оттолкнул его в сторону. Молодая рыжеволосая девушка в униформе охотника. Половину ее шеи изуродовал ужасный шрам, но это было далеко не все, что причиняло Лиззи боль.

Как только подруга обнаружила причину, по которой брат застыл соляным столбом, на глаза у нее навернулись слезы. Она дернулась ко мне, но Гидеон ее придержал. Его раздирали сомнения и шок.