Младший брат

Я не имела опыта семейных сцен. Я ни разу не плакала по причине разлада с мужем. Наша жизнь протекала так спокойно, что мелкие неурядицы и конфликты происходили без траты лишних нервов. И иммунитет против грубости отсутствовал – мне не сделали прививку ни в детстве, ни позже.

И что теперь? Как к этому отнестись? Забыть и выбросить из головы… из души? Или обидеться и ждать раскаяния? Фу, как мерзко! Меня передёрнуло.

В кухню вошёл Ромашка. Я и забыла про него. А вдруг он слышал? Это ужасно…

Он присел на корточки передо мной, обхватил снизу мои колени и положил на них голову.

– Ромашка, ты что? Что ты не спишь?

– А ты?

– Не спится.

– Аналогично.

Мы помолчали.

– Чай будешь? – Умней я ничего не могла придумать.

– В полтретьего ночи? – Он зевнул.

И вдруг я заплакала.

Ромашка не шевельнулся, только крепче стиснул мои ноги и прижался к ним лицом. Я гладила его волосы и рыдала в кухонное полотенце.

Когда я успокоилась, он, так и не шелохнувшись, сказал:

– Переезжай ко мне.

– С чего это ты?

– И впрямь, с чего это я? – Он поднялся и вышел.

Утром оба ушли на работу, и я не вставала, чтобы сделать им завтрак, как обычно. Часа в четыре пришёл Ромашка, собрал вещи и сказал:

– Ну, я пошёл. Приходи в гости.

– Хоть бы спасибо этому дому сказал. – Я пыталась делать вид, что ничего не произошло.

– А то ты не знаешь, что спасибо.

– В таком случае, пожалуйста, не за что. Не дождёшься …? – я не могла произнести ни слова «муж», ни его имени.

– Я попрощался с ним утром. К тому же, послезавтра – Новый Год, увидимся. Кстати, у вас или у Гарьки?

– Кажется, у Гарьки.

– Ну, пока. – И он чмокнул меня в щёку.

Прошёл Новый Год. Всё было, как всегда: дружное семейство, к которому прибавились беременная жена младшего Гарькиного сына и девушка старшего. Наш сын не приехал – со второго января сессия.

Потом наступил следующий Новый Год.

Жизнь текла своим чередом. Мы с мужем отдалились после того случая, но не настолько, чтобы это стало заметно со стороны.

Я списывала всё на напряжённую работу главного хирурга, у которого и операции, и заседания, и преподавание. И ещё на возраст – моему Ярославу скоро пятьдесят.

Ромашка завёл себе подругу. Мне она не нравилась, но я молчала и принимала её с тем радушием, на какое только способна. Их союз не продержался и года, и он снова принялся таскать меня в свою студию, в кино и на прогулки.