По горящим следам Серафима

Но любой разговор ведется лучше за чашечкой чая, не правда ли?

* * *

Вахрис корпел в своем захламленном кабинете над очередным фолиантом. Пыль покрыла уже в несколько слоев все горизонтальные поверхности и не было её лишь там, где старик прикасался своими руками. Заходить сюда кому-бы то ни было Старший Маг запретил строго-настрого. Несколько человек (в том числе и Владимир) попытались зайти в отсутствие хозяина, но были обращены защитным заклинанием в баранов и вынуждены ходить в таком облике до прибытия Вахриса.

Самое интересное было в том, что разум сохранял свою способность осознавать происходящее, и это приносило больше всего беспокойства. Пробыв в теле барана четыре часа со страхом навсегда остаться скотиной и возможность быть однажды не узнанным и зажаренным к столу впечатлили Императора настолько, что он отказался разговаривать с Вахрисом, пока тот не придет в себя.

Но месяц шел один за одним, а Старший Маг все так же проводил время наедине с книгами. Зеленая борода отросла уже почти до пояса.

Изяслав, Владимир и Кристиан пытались угадать, во что именно старик её вымазал, но среди десятка вариантов так и не смогли выбрать единственный.

Вахрис уже потерял всякую надежду. Каждый раз ему казалось, что разгадка вот-вот рядом, но ответа он так и не находил. Было много вариантов, вплоть даже до того, что это вернулся в этот мир один из семи смертных грехов, но в таком случае это уже давно бы отразилось на всех людях. Гордыня не стала бы сидеть в одном человеке, это слишком унизительно для неё.

В дверь раздался короткий стук.

– Подите прочь! Я говорил, чтобы меня никто не тревожил. Не сдохну, выйду, как придет время, – недовольно прикрикнул Вахрис. Но вопреки ожиданию дверь открылась и в проёме показалась маленькая фигура в плаще. Защитное заклинание заблестело и потянулось к непрошенному гостю, но неизвестная взмахнула рукой, и заклинание развеялось.

– Если местные Маги не смогли снять твое ничтожное заклинание, старый дурак, то я могу с уверенностью сказать: волшебники нынче измельчали.

Ужас, как ты оброс, Вахрис! – вскрикнула гостья, скидывая капюшон.

– Нидриэль, – прошептал Вахрис, подскочив из-за стола, свалив при этом несколько свитков и книг. – Сколько лет мы не виделись… Что привело тебя ко мне, причём в столицу. Насколько помню, ты на дух не переносишь каменные строения и большое скопление людей.

– Я истинно лесной житель, в отличие от тебя, милый друг, – произнесла Нидриэль, усаживаясь на стул напротив Вахриса.