По горящим следам Серафима

Арина напряженно застыла, ощущая, как тело постепенно сковывает холод, и она перестает чувствовать его. Когда такое случилось в прошлый раз, девушка оставалась лишь гостем в собственной коже, будто со стороны смотря, как она уничтожает орков.

«Они тоже делали тебе больно», – в ответ на пронесшиеся мысли бархатисто зашептал голос. – «И сейчас тебе делают больно. Дай же мне шанс, я избавлю тебя от боли».

Арина увидела, как напряглась её голубоватого свечения нога и твердо встала на землю, нога, которую она еще недавно не чувствовала и не могла управлять…

Кицуне отшатнулась от Арины, освещенная голубым светом.

Голос больше не звучал, и Арина могла расслышать, как замолчали нимфы. Все в ужасе смотрели, как девушка обводила всех наполненным ненавистью взглядом.

Какое же было дикое желание уничтожить всех кругом… Разорвать на части, но постепенно, медленно, чтобы наслаждаться их предсмертными муками. Да, она сделает это, выпустит злобу наружу. Выпустит, хоть Нидриэль и просила её держать себя в руках.

Нидриэль, эта мудрая старушка просила держать себя в руках. Арина как утопающий за соломинку ухватилась за эту мысль, не позволяя ненависти захватить разум. Нидриэль всегда помогала ей, обучала, обещала помочь спасти её детей. Некоторые её уроки были болезненны и опасны, но они всегда приносили свои плоды.

Арина должна ей верить, даже если она не понимает, что порой происходит. Нидриэль обещала объяснить все потом, надо ей верить.

Девушка из последних сил напряглась, пытаясь мысленно противостоять внутреннему зверю и загнать его обратно.

Тело задрожало под воздействие двух противоборствующих сил внутри, но вскоре резко ослабло и вновь повисло на руках, потеряв голубое свечение. Недовольный голос в голове зарычал, но вскоре смолк.

– Потерпи еще немного, дитя. Осталось совсем чуть-чуть. – Раздалось за спиной тихим и полным горечи голосом Нидриэль.

Арина сжала зубы, но вновь закричала, обжигающие слезы потекли по щекам, когда кинжал сделал надрез на пояснице.

Девушка даже не могла припомнить, когда она испытывала в последний раз такую боль.

Да, в аду она, пожалуй, еще сможет и поучить других, как надо мучить.

Сфокусировать взгляд удалось не сразу, но Арина все же смогла разглядеть Нидриэль. Старушка заботливо вытирала платком пот со лба девушки. Судя по ярким лучам солнца, день стоял в самом разгаре.

Арина зачмокала пересохшими губами, пытаясь сказать хоть что-то. Но из сухого горла не вырвалось и звука.