По горящим следам Серафима

Это всего лишь воспоминания, ты через это уже прошла! Больше не будет этого!

Сильнее всего хотелось выкинуть все эти события из головы, чтобы они не делали так больно.

– Арина, вспомни, как ты вылечила птичку, вспомни, как мы беседовали с тобой. Вспомни, как тебя предали. Прошу тебя, вспомни!

Мужчина положил ладонь на голову сопротивляющейся девушке. Кожу под подушечками пальцев слегка закололо, а в воспоминаниях замелькали картины прошлого.

Вот орки… Тело в страхе свели судороги, но воспоминания уже сменились.

Младенцы, мальчик и девочка. Предательство всех, странная бабушка, её маленькая ладонь в его большой ладони…

Тело Арины обмякло, девушка перестала сопротивляться и вырываться. Осторожно Арина поставила одну ногу, потом вторую. Захватчик понял, что это значило, и слегка ослабил объятия.

– Сохраняй эти воспоминания, Арина. Не отказывайся от них, как бы страшно там не было. Иначе ты умрешь, а потом погибнут и твои дети. – Шептал голос на ухо.

– Я поняла тебя, Акристо, поняла. – Выдохнула Арина.

Сил совсем не было. Если бы Герцог её не держал, она бы уже давно упала на пол. Акристо как ребенка посадил Арину на кровать и сел рядом.

– Ты помнишь меня?

– Помню. Почему ты меня предал, Акристо? Я верила тебе больше, чем другим, больше, чем всем… – Но Герцог лишь отвернул свое лицо, скрытое в капюшоне плаща. Он нисколько не изменился.

– У меня не было выбора, девочка моя…

– Не зови меня так! Выбор всегда есть, и ты его сделал.

– Я и не надеюсь, что сейчас ты меня поймешь.

Однажды мы встретимся с тобой снова. Я знаю, что ты захочешь меня убить. И поверь, я не буду сопротивляться. Даже больше, сделаю все, чтобы ты смогла это сделать. И вот тогда, я надеюсь, ты сможешь меня и понять. Я очень виноват перед тобой, мне никогда не получить прощения за все, что я сделал тебе.

– А что ты со мной сделал, кроме того, что предал и отдал оркам на растерзание?

– Я сделал кое-что намного хуже: принес тебя Константину, – он встал напротив Арины. – Мне пора. Но сейчас скажи мне одно: ты приняла все воспоминания, все до последней секунды? Не откажешься от них, когда откроешь глаза утром? Не вычеркнешь меня из своей памяти? Меня, Морену, младенцев, наш прогнивший мир?

– Нет.

 – А так хочется.

– Тогда я ухожу. Помни о том, что мы есть и что у твоих детей твои глаза. И если ты не придешь к ним на помощь – их загубят. – Акристо резко развернулся и пошел к выходу.

– Ты ведь в моей голове, да? Ведь иначе ты бы убил меня, Акристо.