По горящим следам Серафима

Заметив Арину, лешие сузили глаза и поспешно ретировались в заросли. Кентавр молча кивнул и поспешил отвести взгляд от закутанной в полотенце девушки.

На завалинке избы Арину встретила Илида. Наяда смотрела в небо, перебирая в руках цветочки. Настолько это была мирная картина: красивая девушка на фоне настоящей русской избы в лесу, что сложно было поверить в существование войны вокруг. При приближении девушки наяда опустила глаза и расцвела в улыбке.

– Совсем другой вид. Розовые щечки тебе к лицу. А улыбка скрасит еще больше.

 – Арина промолчала. Наяда помогла Арине пройти в комнату, что еще несколько часов назад была разгромлена, но сейчас в ней уже все стояло на своих местах. Клеенка, утка и тазик исчезли. Наяда с ленивой грацией подала Арине легкое летнее платье, после чего помогла одеться. Все-таки Арина еще была слаба. Девушка взглянула на себя в повешенное на стене зеркало: уже можно было смотреть, хотя выпирающие скулы и ввалившиеся глаза до сих пор наводили на мысли о вампирах. Наяда подошла сзади и, обняв за талию одной рукой, второй стала перебирать оставшиеся волосы.

– Арина, твои локоны уже не спасти. Беречь их смысла нет сейчас. Но, пока готовится ужин, мы можем остричь их, и позволить новым спокойно расти. Я знаю пару заговоров, и, поверь, через пару месяцев они будут у тебя длиннее и сильнее, чем сейчас. Нет слов, милая, у тебя вся голова в мелких синяках. Два, три, пять…

Пока наяда приводила в порядок изломанные волосы девушки, Арине в голову пришла странная мысль.

– Илида, скажи мне, пожалуйста, этой ночью не приходил ли никто в этот дом… чужой? Не видела ли ты, или Нидриэль кого?

Наяда задумчиво посмотрела на девушку через отражение в зеркале.

– Нидриэль сегодня не было ночью дома, дорогая моя. Сегодня цвел папоротник, она уходила собирать его. Я же всю ночь просидела на берегу, любуясь отражением луны на водной глади. И нет, никого чужого сегодня не было. Лешие бы не пустили его. Отчего у тебя такой вопрос возник?

– Да ничего не случилось… Просто, показалось.

К ужину Арина вышла коротко стриженная. Если бы не платье, то, худую и безволосую, её можно было принять за мальчишку лет шестнадцати. На столе на белой кружевной скатерти ручной работы стояли жареная картошка с грибами, фазан, щука в сметане, яблоки, пирожки. И большая бутылка домашней наливки по центру.

– Я решила, что так разговор легче пойдет. Ты не против? – Прощебетала старушка, ставя на стол две рюмки.