По горящим следам Серафима

Никто из его подчинённых толком не знает, что именно происходит. Самые глупые твердят, что их Повелитель ослаб, более неспособен вести их за собой, да и вообще, вот-вот умрет.

– А самые умные? – Уточнил Изяслав. Кристиан посмотрел в пустоту, помолчал с минуту и продолжил, будто обращаясь сам к себе.

– Он готовится к финальному наступлению. Отбросил все мелкие походы, предоставив это развлечение оркам и гоблинам. И глуп тот князь, думающий, что все окончено. Самые проницательные твердят о том, что Константин взращивает у себя особое оружие, которое сможет использовать через несколько лет.

Здесь информация разница, от пяти до десяти лет. Они твердят, что с его помощью он уничтожит все в этом мире. И не будет спасения ни младенцу, сделавшему первый вздох, ни старику на смертном одре. Но, скорее всего, эти несколько лет он будет менее активен, увеличивая свои силы и затмевая глаза нам. Люди расслабятся, и тогда он нанесет свой сокрушительный удар.

Друзья надолго замолчали, погрузившись каждый в свои мысли.

Трудно было начать разговор хоть на какую тему после того, что было услышано. Кристиан никогда не ошибался в своих ощущениях, и как глупо было бы надеяться, что сейчас он неправ. Изяслав поставил на стол бутылку вина, что всегда была спрятана среди книг на полке. Как хорошо его друг знает всё о Владимире. Налитое в три стакана вино вскоре уже грелось в руках. Никто не спешил пить, все думали о постороннем. Первым тишину нарушил Изяслав.

– Надо проработать план действий на ближайшие несколько лет.

Наладить и увеличить число воспитанников в академии. Там должны будут обучать настоящей, боевой магии. Открыть военные школы, набирать туда всех мальчиков, что достигли возраста тринадцати лет. Если у нас есть хотя бы три года, то мы сможем сделать из них более-менее стоящую армию. Все немощные, женщины и дети должны будут работать не покладая рук.

Так легко на словах, но как сложно окажется на деле.

– Это очень трудно будет осуществить, Изяслав, – покачал головой Владимир.

Память людей очень коротка. Мы оглянуться не успеем, как в мирной жизни барды начнут петь песни о том, что на поле Гибели Орков мечом храброго рыцаря был низвергнут Константин, а крестьяне им подпевать. Изнеможённые от долгой войны люди быстро поверят в то, что наступили спокойные времена. Матери костьми лягут, лишь бы не отдать, возможно последнего из живых, сына. Князья, чья память еще короче, уже сейчас стали забывать о настоящей опасности.