По горящим следам Серафима

После этого случая Нидриэль прекратила на время попытки вызвать неизвестную сущность, занявшись больше теоретическими поисками разгадки.

Каждую ночь перед тем, как лечь спать Арина садилась перед окном и смотрела на луну. В этом мире она светила практически каждую ночь своим огромным шершавым диском. Илида расчесывала волосы, питала ногти и кожу разными маслами и рассказывала истории, и смешные, и грустные, но вряд ли Арина могла вспомнить хотя бы одну из них. Щебетанье наяды успокаивало, служило фоном для мыслей девушки, в которых Арина убивала Константина.

Не было ясно, как, отчего, но одно виделось четко: бледнеющее лицо с ужасом в глазах. Каждую ночь. Каждую минуту.

День тянулся за прошедшим, уступая место завтрашнему, и сливаясь со временем воедино. Охота, тренировка в маскировке, бег, сражение на мечах, стрельба из лука, пыльные страницы книг, усталость, боль – все смешалось в одно и приобрело постоянный характер. Девушка давно бы сдалась, если бы не жесткие учителя. Не зная жалости и пощады, они вынуждали переступать через себя и открывать новые возможности своего тела.

Нидриэль, несмотря на всю свою доброту, не высказала за все время ни одной фразы, которая похвалила бы старания Арины. «Ты еще слаба, такая глупая барышня не сможет спасти своих детей». Лишь добрый Гелам однажды сказал, что в будущем Арина сможет стать великой воительницей, что в принципе необычно для их местности. Женщины были отличными лекарями, магами, прорицательницами – но девушку, твердо владеющей оружием можно было не встретить и за всю жизнь. Но до такого мастерства ей еще лет пять в таком же темпе.

Однажды за обедом, когда Нидриэль уничтожала речную рыбу, Арина подошла вплотную к висящему зеркалу. Девушка уже закончила со своей порцией, и собиралась уходить из дома на тренировку, когда вновь обратила внимание на свое изменившееся отражение. Подтянутое сильное и красивое тело, уже отросшие серебристые волосы. Но больше всего изумляли глаза. Ранее зеленовато-коричневые, скорее тусклые, сейчас они просто притягивали и завораживали.

Яркая синева просто поражала.

– Мне до сих пор так непривычно смотреть на свои глаза. Как проглотила тот камень, так и началось.

Нидриэль уронила вилку.

– Что ты сказала, Арина?

– Цвет моих глаз изменился, когда я проглотила камушек, который дал мне Акристо.

– Расскажи мне все поподробнее, дорогая, – Нидриэль, казалось, забыла про недоеденную рыбу и устремила внимательный взгляд на девушку.