Марой и хранители

Поединок перешёл на другой уровень. Теперь от ударов железа о железо летели снопы искр, а движения ускорились, стали безжалостней. Исчезла привычная ироничная улыбка на губах Анри, в его глазах то и дело вспыхивал зелёный злой огонь от подогревающих провокаций: Рене мимолётно подмигивал и пару раз, когда противники расходились, проводил языком по губам, дразня и намекая на недавнее беззащитное состояние.

Никто не уступал, хотя оба устали. Промокшие от пота рубахи пришлось скинуть, и теперь обнаружились ссадины и синяки на обоих соперниках.

– Ай-яй-яй, что ты наделал? – опять поцокал Рене, придирчиво осматривая себя.

Некромант чувствовал, что его срок пребывания в теле Рене заканчивается, но уйти хотел красиво. Скомандовал мысленно безмолвствующей хозяйке: «Зови своего Аргириуса!» – и, пока Арман просыпался, соображал, куда сердце зовёт бежать, успел подразнить Ленуара:

– Малыш, а не пора ли тебе отдохнуть? Я бы погрел тебя сверху…

– Не называй меня малышом! – сделал выпад Анри, пытаясь сбить с ног Рене, но тот увернулся.

– Отчего же, сладкий? С этого дня… – отразив удары и снова удаляясь, чтобы перевести дух, продолжил Некромант, – каждый раз, как услышишь это слово, будешь меня вспоминать, как я сидел на тебе…

Неловкое движение заболтавшегося соперника, и Анри сбил его с ног, занёс над ним мечи, но извернувшийся Рене сделал подсечку и снова оказался сверху, знакомо поёрзал. В этот раз у Анри было преимущество – свободные руки.

– Хочешь продолжить?

– Я не против, малыш, посмотреть, каким нежным ты бываешь,– подмигивая, ответила хитрая сволочь, умудрявшаяся бить шутками не хуже, чем мечом. Бросил оружие и ухватился обеими руками за возвышавшийся торс, холодный от пота. Округлил глаза. – Кстати, всегда ли ты внимателен, малыш? Видел тень в коридоре?

– Что? – опешил Анри, но, спохватившись, сильнее прижал меч к шее северянина, не обращая внимания на выбегающую струйку крови.

– Нас, возможно, не слышали, но кое-кто видел всё. И это мне не нравится.

– Не заговаривай мне зубы! Проваливай из этого тела, тварь!

– Я, может, и лишён силы, но заметить призванную тень ещё в состоянии, – Рене расслабленно усмехнулся.

Не делая попыток освободиться, рассматривал своими невинными светлыми глазами возвышающегося Ленуара, от чего в том начинал по новой закипать гнев.