Обыкновенный дракон

– Превосходно, мистер Уайт! – распрямился учитель, обводя гордым взглядом небольшую аудиторию. – По данному модулю вы, бесспорно, получите наивысший балл, если продолжите так же вдумчиво относиться…

– Ты прав, милый, удержать власть ради всеобщего благосостояния, будучи добрым правителем, сложно, – произнёс Голос так называемой матери Авалы. – Поэтому очень важно пройти все испытания и закалить дух в невзгодах…

Теодор соскочил с места неожиданно, но, очевидно, это было не в первый раз, потому что его поступок не вызвал удивления – одна новенькая, сидевшая в одном с ним ряду, открыла рот.

Не извиняясь, он выбежал из кабинета, прихватив сумку. В туалете дрожащими руками достал пилюльницу, с трудом открыл её и закинул в рот пару таблеток. Запил водой и некоторое время стоял, уперевшись руками в раковину, пока в голове не разлилась тишина и лёгкость.

Смочив лицо, он вышел на улицу и сидел на скамейке в ожидании звонка. Оставалось ещё одно занятие, пережить которое и не уснуть после приёма таблеток представлялось испытанием.

А засыпать в последние дни было опасно вдвойне. Психотерапевт предполагала, что прекрасный бонус к шизофрении – сомнамбулизм – вероятнее всего связан с изменением гормонального фона: Тео рос, превращался в мужчину. Меж тем женский Голос, называвший его с детства Арженти, утверждал, что Тео не просто взрослеет, а “взращивает в себе вторую ипостась – драконью”, умеющую перемещаться в пространстве; и до тех пор пока он не научился делать это осознанно, бессознательное будет брать верх.

Драконы Алатуса, по словам ментальной матери Авалы, – суть природная магия, получившая физическое воплощение. Драконы строят порталы, как внутри своего мира, так между других миров. Как только Арженти научится создавать порталы на Земле, его возвращение домой, на Алатус, станет реальным.

Помимо ночных перемещений, в коллекцию добавилось ещё одно безумие – психотерапевт не знала пока о зрительных галлюцинациях. В минуты гнева на руках, тыльной стороне ладони, появлялся чешуистый рисунок.

Который, разумеется, никто не видел, кроме самого Тео.

И, вдобавок к неоперабельным радостям, его начал круглосуточно преследовать зверский аппетит. Мать удивлялась, куда в Тео всё это лезет при его комплекции высокого худосочного парня. И только тело радовало – приобретало формы, словно Тео часами пропадал на тренировках, хотя на сёрфинг в учебные месяцы почти не оставалось свободного времени и сил, а в школьной команде по футболу он не играл из-за Бевиса.