Обыкновенный дракон

Если что, перед задержанными извинятся и перескажут все новости.

Что касается того, как Либерис Третий отреагировал на новость о провокации фанатиков Ордена, Вэйланд-эве не знал. Секретарю Ярвуду было доложено по форме, и позже дознавательскому отделу поступил всего лишь приказ усилить наблюдение – и только-то. Но, Вэйланд Риуз был уверен, сюрприз от Либериса будет обязательно.

Наконец королевская ратная капелла издала первые звуки – на малых рогах. Это был сигнал «Внимание!». Народ сразу заволновался, торопливо обрывая беседы с рядом стоящими.

Прошло пять минут. К малым рогам добавились средние и слились в более торжественный звук. Вэйланд безотчётно поморщился: капелла находилась на балконе второго этажа, совсем рядом, так что замаячила перспектива временно оглохнуть. Поэтому он вытащил из кармана коробку с двумя кристаллами в бархатных чехольчиках – шумозащитными пробками – и плотно вставил в ушные раковины, активируя бытовой артефакт. Такими пользовались драконьи загонщики, которых порой своими резкими криками глушили летуны; шумозащитные пробки помогали не отвлекаться на процесс и не упасть в обморок от слишком высоких драконьих горловых вибраций.

Минута – и заиграла вся капелла, сводя с ума пафосностью музыки толпу. Заработали парализующие артефакты, и Вэйланд на мгновение успел почувствовать, как отяжелели ноги, – на секунду опоздали другие артефакты, защитные, экранирующие со стороны этих балконов. Вэйланд машинально повернул голову налево.

Его Вечное Мудрейшество появился на балконе в сопровождении секретаря и Старшего Советника.

Вэйланд не торопился вынимать пробки из ушей: очевидно, что роги перестали гудеть, но толпа ещё не поприветствовала своего правителя. Каждый раз было интересно наблюдать без звукового сопровождения, как только считающаяся силой, а на самом деле предсказуемая масса подчиняется влиянию единиц.

Либерис Третий выпустил свои крылья, сотканные из Тьмы, и внизу три десятка рассредоточенных по всей площади студентов Академии, одетых безродными, затянули приветственный восторженный «аой», заражая нерешительных.

Старший дознаватель с ухмылкой наблюдал за преображением настороженных лиц. Почитание и умиление перед силой Алатуса морской волной слизывало будние маски, и всё больше открывалось ртов, вздымалось приветственно рук туда – к Либерису Третьему.