Победы, которые не умирают

Он ещё более жалкий трус.

– Тогда зачем ты его защищаешь?

– Не его. Я за честный бой. И я не люблю предателей.

– Как будто я люблю, – обиделся Гектор. – Но разве у Пелопса был выбор? Как бы ты поступил?

Клеант насупился:

– Я бы не стал умирать ради женщины, – высокомерно заявил он. – Но если бы решил участвовать, нашёл бы способ.

Гектор едва не засмеялся, но тут Праксидам счёл нужным вмешаться:

– Дело не в том, как бы ты поступил, а в том, как не поступил бы. Есть вещи, сделав которые, обречёшь себя на гибель.

Предательство или другой бесчестный поступок, вроде жестоких игр Эномая, влечёт за собой возмездие богов. Эномай погиб от руки слуги, его дом разрушила молния. Один столб и остался. Миртил вместо награды тоже получил смерть. То ли он хотел полцарства, то ли ещё что, однако Пелопс не захотел платить и сбросил соучастника со скалы в море. Миртил перед смертью проклял род Пелопса, с тех пор его потомков преследовал злой рок. Одна подлость повела за собой другую, и так далее. Захотел бы ты такой судьбы, Гектор, выбрал бы путь Пелопса?

– Нет, – мальчик посерьёзнел. – Но как же быть?

– В данном случае можно отступить, можно учиться тому, в чём ты слаб, можно собрать армию и победить врага или заставить врага принять свои условия. А можно украсть невесту и бежать. Рано или поздно вам придётся делать тяжёлый выбор и отвечать за него тоже придётся вам или вашим близким.

– А если выбора нет? – резко спросил Клеант.

– Выбор есть всегда – не всегда хватает смелости ему следовать или ума его увидеть.

Солнце опускалось всё ниже. Гектор с сожалением понял: путешествие по Олимпии закончено. Клеант, казалось, не обращал внимания на поблекшие краски, словно умел видеть в темноте. Тем временем Праксидам повёл Гектора к выходу, миновав по пути дикую маслину Геракла. Клеант следовал за ними, хотя его независимый вид не давал заподозрить, что ему нравится нынешняя компания.

Выйдя за ограду, старый эгинец повернул налево и, зайдя за угол, направился вдоль стены Альтиса на восток, к зданию между оградой и Алфеем.

У южной стены здания стояла статуя Зевса.

– Это булевтерий, где заседает буле – олимпийский совет. Завтра именно сюда в конце придут спортсмены и судьи; члены совета – гиеромаи – примут их клятвы. Спортсмены поклянутся у статуи Зевса Горкия, Хранителя клятв, соблюдать все правила игр, а судьи – честно судить. На этом завтра обряды закончатся. Теперь идём, пора поесть.