Ложь без срока годности

Как только они закончили институт, сразу отдали трехлетнюю Зинку единственному родственнику. Дед был для нее всем, родители пропадали в разного рода экспедициях, а он всегда был рядом. Конечно, возрастному мужчине было не справиться одному с маленькой девочкой, поэтому он нанимал для внучки множество разного рода воспитателей, но как только Зинка стала вполне самостоятельной в бытовом плане и могла оставаться дома одна, они жили уже только вдвоем. Даже на похороны деда родители прилетели всего на три дня.

Это были уставшие и совершенно чужие ей люди. Впопыхах они уладили все дела и, не задерживаясь, улетели обратно в Африку, туда, где сотовые телефоны не брали, а спутниковые были на вес золота. Чмокнув на пороге дочку в щеку, мать, первый раз проронив скупую слезу, попросила у нее прощения.

– Прости, дочь, прости, что улетаем. Раньше я знала, что он рядом, и была за тебя спокойна, но сейчас уезжаю с тяжелым сердцем. Но ведь ты выросла уже, – сказала она, с надеждой взглянув дочери в глаза, будто выпрашивая одобрение, – ведь правда?

Но равнодушная к ней Зинка не спешила помогать матери и молча стояла у двери, скрестив руки и задумчиво глядя в одну точку.

Отец, в отличие от сентиментальной жены, в общем-то, как и Зинка, не испытывал никаких угрызений совести и в нетерпении переминался с ноги на ногу.

– Ну вот, дед, из-за того, что какой-то урод любит ездить на красный свет, я осталась одна, а Шурик, он хороший, он любит меня, надеюсь, там, в зазеркалье, ты на хорошем счету и поможешь мне, – она постучала по старому овальному зеркалу коротко остриженным ногтем, но не успела договорить, чем конкретно он должен ей помочь.

В тишине старой квартиры, с высокими потолками, старой мебелью и множеством историй, витавших в воздухе в виде воспоминаний, прозвенел телефон, как гром гремит в солнечном мае, неожиданно и страшно.

– Зинаида Михайловна Звягинцева? – услышала она вопрос в трубке.

– Да, – ответила Зина, немного напугавшись такого официального тона.

– Вас беспокоят из нотариальной конторы «Дуров и партнеры», мы просим вас приехать в наш офис завтра для оглашения завещания Штольца Савелия Сергеевича.

– Какого завещания? – непонимающе спросила Зина, она знала наверняка, что эту квартиру дед уже давно переписал на нее, как он говорил, на всякий случай, а больше у деда ничего и не было.

Зарплата, что платили ему, полностью уходила на их проживание, иных же доходов не имелось.