Остров тринадцати приговоренных

Она не дает спать, есть и жить, пока не выплеснется наружу.

– Ничего, – сказал он вслух, поглаживая дергающуюся щеку, – скоро все закончится. Подожди чуть-чуть.

И чтобы стало немного легче, Алекс достал телефон и включил видео, на котором брат, самый талантливый человек в мире, играл на гитаре и пел песню:

Стояли двое у стены,

Простой, побеленной немного.

Один в ней видел лишь тупик,

Другой угадывал дорогу.

Один, заплакав, сел на пол

И стал поглядывать назад,

Другой сломать ее не смог

И просто молча бил фасад.

Пока уныло первый брел

Назад, ждала где пустота,

Второй, пробив ступень, взошел.

Нащупав слабые места.

Он сбил костяшки пальцев в кровь.

Устал. И на щеке был мел.

Но он был из сорвиголов

И от побед лишь молодел.

Стояли двое у стены,

Простой, побеленной немного.

Как хочется хотя б на миг

Стать тем, кто угадал дорогу.

Странно, но в этот раз и видео не помогло, головная боль лишь усилилась.

Значит, остров ждет, и кто выживет, решит только он, Алекс Базаров.

* * *

Эта книга была уже зачитана до дыр. Каждая страница, каждая запятая была знакома и близка. Но сейчас, за три дня до Нового года, она читалась особенно душевно, словно успокаивая читающего и говоря ему: не переживай, уже скоро, очень скоро каждый получит по заслугам, и богиня Тисифона, мстящая за убийство, обрушит кару на виновных. Поэтому строчки старой книжки с засаленными уголками страниц читались сегодня особенно приятно.

Вендетта обязательна

Сначала я хотела написать о Ирине Яковлевой-Тернер, но позже поняла, что это будет книга о мести. Поэтому все, что вы прочтете в ней, это мой художественный вымысел и ничего более.

    Автор

Глава 1

Санкт-Петербург, 1915 г.

Приват-доцент Московского университета юрист Яковлев

Ирина Яковлева была красавицей и умницей, гордостью заботливых родителей. Говорила на пяти языках, играла на скрипке, занималась конным спортом.

С легкостью решала логические задачи и удивляла всех способностью запоминать такие детали, на которые другие не обращали внимания.

Поэтому на ее пятнадцатилетие отец хотел подарить ей что-то эдакое, что-то необычное. Приват-доцент, юрист, домовладелец он мог позволить себе многое, но хотелось найти такой подарок для дочери, чтобы за ним была тайна, была история, была сила.