Теория несоответствия

А ту, в которой я была, уже забросила в стиральную машину. Ну, Калинин вряд ли подумает, что я его соблазняю, так что… Я же его в полотенце видела – и ничего, земля не остановилась.

А мне всего-то надо добраться до рюкзака в коридоре и вернуться обратно. Но, видимо, провидение сегодня было не на моей стороне. Или, как и говорил Калинин, моя спешка. Я открыла дверь и тут же влетела в Андрея Григорьевича.

Он окинул меня взглядом и нахмурился. Ну, извините, полотенца побольше я не нашла.

– Можешь занять комнату, – кивнул Калинин на дверь напротив входа в квартиру, но скрыть интерес к моим ногам не смог, как ни старался.

Ну и что он там говорил о моем взгляде? И кто тут кого рассматривает в качестве сексуального объекта?

Андрей Григорьевич так и стоял в коридоре, пока я шла за рюкзаком, а потом в комнату. Только закрыв дверь, услышала едва различимые шаги в сторону зала, а потом тихую музыку.

«Телевизор», – сделала вывод.

Надев майку на тонких бретельках и короткие трикотажные шорты, осмотрела комнату.

Больше похоже на гостиничный номер, чем на жилое помещение. Заправленная кровать, даже ни одной складочки на покрывале, кресло, прикроватная тумбочка с ночником и небольшой шкаф-купе. Все выполнено в светлых тонах: белый, бежевый, слоновая кость. Хоть бы носки какие возле кровати валялись или тарелка грязная стояла на тумбочке. Или Калинин жуткий педант, или эта комната у него нежилая. Хотя кухня выглядела тоже почти стерильной, но это меня не удивило. Вряд ли Андрей Григорьевич проводит вечера за готовкой.

Так, что-то я слишком много думаю о нем…

В дверь раздался стук. Какой деликатный мужчина, в своей квартире и стучит.

– Войдите! – крикнула я.

– Я возьму постельное белье, – сказал Калинин, входя в комнату.

Теперь мои ноги, кажется, его и вовсе не интересовали. Как, впрочем, и остальные части тела. Быстро взял себя в руки.

– А вы где будете спать? – спросила я.

– В зале есть диван, – ответил Андрей Григорьевич, так и не повернувшись в мою сторону.

Наверняка он уже жалел, что пригласил меня остаться. Кое-как разобравшись в собственном шкафу, Калинин сказал:

– Спокойной ночи.

– Так рано же еще!

– У меня завтра в восемь утра начинается зачет в институте на другом конце города.

Интересно разговаривать с человеком, когда он стоит к тебе спиной, держась за ручку.