Мидзу, дочь Океана. Истории о той, кто всегда рядом, но невидим

Такое случается, когда ловишь нужный поток ветра в парусах корабля, если ты моряк, когда попадаешь в нужную ноту, если ты поёшь, когда обретаешь русло, обнимающее тебя будто бы по всей длине, если ты река – вот что увидела Мидзу между человеком и дельфином. Что-то происходило между ними, и Мидзу не решилась этому воспрепятствовать.

Нанитта и человек касались друг друга, кружили, поднимались сделать выдох-вдох и ныряли снова. Человек держал Нанитту у основания бокового плавника. Если бы это был человек, а не дельфин, то её будто приобняли за плечи.

Он держал её плотно и нежно, всей рукой, и от этого Мидзу чувствовала, как у неё приятно горят щеки. Когда подошла остальная часть стаи, уже было поздно – Мидзу видела между сердцами человека и дельфина связь. Дельфины тоже поняли это, но Нанитту забрали. Прячась за спинами других, ведя пальцами руки по дну, чтобы поднять вокруг себя завесу песка, Мидзу уходила со стаей, не решаясь взглянуть на Нанитту, от которой исходили горячие пульсации неизвестного Мидзу чувства.

Стая увела свою дочь далеко от этого места. 2 дня и 2 ночи, редко отрываясь на охоту (Мидзу не нуждалась в еде), в полном молчании, стая уходила в открытый океан, как можно дальше от этих берегов.

На 3 утро стая поняла, что Нанитта исчезла. Незаметно, отходя в самый её конец, она отстала от стаи, развернулась и давно уплыла обратно. Дельфины не могли в это поверить! Неужели Мидзу, дочь Океана, не могла этого не заметить?! Они обступили её в несколько замкнутых цепей и взгляды укора обжигали душу Мидзу.

Дельфины знали, что Мидзу позволила ей уйти, так как Мидзу видит и слышит то, что не слышат и не видят даже дельфины.

– Это всё человек в тебе! – говорил дельфин-брат, – Он тебе мешает!

– Это из-за тебя может погибнуть наша дочь и сестра! – страдали дельфины.

Страшным молчанием кричали их взгляды.

– А может быть он не причинит ей зла? – осмелилась спросить Мидзу, – Может она станет счастлива с ним? – сказала Мидзу и закрыла лицо руками, слушая, как эхо её страшных слов расходится по океану.

Если бы у дельфинов были плечи, они, пожав ими, разошлись. Что тут скажешь? Человеческая кровь в Мидзу не давала ей понять океан так, как понимали его жители. Отец тоже молчал. Его молчание было на стороне океана.

В те дни Мидзу впервые почувствовала себя одинокой: ни Океан, ни животные, ни люди – никто не был на её стороне. Тогда на чьей стороне быть ей?

Вскоре, ответ пришёл с тех берегов, откуда они вернулись без своей дочери.