Потерянное наследство тамплиера

Короткая строчка из стихотворения Юлии Друниной «Зинка». Об этом знали еще три человека – Алексей, Матильда и Эндрю, когда-то ставшие невольными свидетелями их последнего разговора. Хотя разговором это было не назвать – с экрана телевизора говорил человек, которого уже месяц как не было в живых.

Полтора года назад деда не стало. Не стало единственного родного человека в жизни девушки. У нее, как и положено, были мама и папа, но в Зинкином случае только формально. Дед был в ее жизни всем – отцом, матерью, наставником и учителем.

Все двадцать два года она жила под сиянием собственного солнца по имени Савелий Сергеевич Штольц. Полтора года назад это солнце потухло, и его до сих пор никто так и не смог заменить. Да что там заменить, никто не смог даже обычную лампочку включить. Зинка очень надеялась, что это будет Тимур, но, видимо, зря.

Уже после смерти деда она узнала о гениальном изобретении, системе «Дилетант», которую создал дед. Смысл ее был в том, что четыре правильно подобранных неподготовленных новичка могут раскрыть сложное преступление.

Секрет успеха заключался в подборе дилетантов и их правильном сочетании друг с другом, а самое главное, в том, что у дилетантов был не замыленный шаблонами взгляд на расследование и оттого свежий и интересный. В команде работа разных психотипов давала поразительный эффект.

Сейчас Зинка продолжила дело, созданное дедом, с помощью Алексея и Эндрю усовершенствовав программу. Сарафанное радио работало хорошо. На закрытых приемах люди перешептывались об элитном детективном агентстве, которое никогда не допускает ошибок и распутывает даже самые сложные и безнадежные дела.

Правда, и берут дорого, и принимают людей только по рекомендации, но результат стопроцентный.

Мир потихоньку возвращался, первая удушающая реакция стала отступать, вновь позволяя легким получать воздух, а голове размышлять.

– Мотя, ты еще на связи? – Вспомнив про подругу, Зинка вытащила из сумочки смартфон со светящимся экраном.

– Да, шеф, я здесь, – виновато ответила Матильда, словно была причастна к странным событиям, происходящим в «избе».

– Я буду пиццу, бургер и «Наполеон», – сказала она, придя в себя.

– Поняла, включаем режим повышенного страдания, – быстро сделала вывод Матильда, уже немного зная свою приятельницу и ее привычки.

– И вина возьми, – вздохнула та, – через час буду.

Все время, что она ехала из аэропорта в «избу», Зина думала, кто тот шутник, который так жестоко решил с ней поиграть.