Потерянное наследство тамплиера

Каждый раз, когда Феликс думал об этом, у него страшно начинал болеть затылок, словно он чувствовал те выстрелы физически. Но такие подробности он узнает после, лет через десять, а тогда были только эти сухие слова: его родителей больше нет.

Он навсегда запомнит, как расплакался в кабинете директора детского дома, когда абсолютно не знакомый ему взрослый человек сказал:

– Ну здравствуй, Феликс, я твой дядя, поедешь со мной в Москву.

В Москву? Да он готов был ехать хоть на край света, лишь бы не прислушиваться ночью к скрипу железной сетки матраса и не обливаться холодным потом от страха неминуемой расправы местных пацанов.

Дядю звали Николай, он был двоюродным братом папы. Наслаждаясь стуком колес в поезде, Феликс припомнит, что отец иногда рассказывал о нем маме, как-то особенно печально, словно постоянно жалел его за что-то. Но, лежа на полке, пахнущей свежим бельем, Феликс никак не мог понять, за что.

Николай, именно так он попросил его называть, без статуса «дядя», рассказал ему, что живет в центре Москвы и работает в цирке клоуном.

Он был красив и абсолютно здоров, правда, мало улыбался, но ведь это не проблема. Маленький Феликс тогда решил, что клоун слишком много веселится на работе и в жизни ему не очень хочется это делать.

Тогда и началась его жизнь в цирке. Феликс пропадал там постоянно, делая перерыв только на посещение школы. Это был их домашний договор с Николаем. Вообще дядя оказался человеком с кучей привычек, правил и установок.

Первый год Феликсу было трудно все их запомнить и привыкнуть исполнять, но он старался. Ему казалось, что, если он будет много нарушать, Николай сдаст его обратно в детский дом. Поэтому уже через год Феликс автоматически заправлял кровать сразу после пробуждения. Знал, куда вешается полотенце для лица, а куда банное, и без проблем убирал на постоянное место любой случайно сдвинутый предмет. Все это были сущие мелочи по сравнению с липким страхом детского дома.

Лет в десять, в цирке, где он уже стал своим, добрые люди в лице уборщика клеток рассказали ему страшную историю Николая. Оказывается, он был фокусником, да не просто фокусником, а имел огромный успех у публики. Его руки были настолько пластичны и искусны, а фантазия столь бурной, что он со своими собственными фокусами покорял мировые сцены. Имел уйму наград и регалий и побеждал во множестве международных фестивалей и конкурсов.