Ты со мной?

В целом, не так уж страшно. Ну не хочет человек, чтобы его видели, бывает, может у него комплексы по поводу прыщей. Но глядя на него, становилось не по себе. Так бывает, когда смотришь вниз с отвесной скалы. Ты просто смотришь. Возможно, даже тебя отделяет от пропасти предусмотрительно установленное ограждение, но тебе страшно, и в животе что-то нервно подрагивает. Вот и сейчас хотелось отойти подальше от этого неизвестного в балахоне. От него тянуло опасностью. Я даже поежилась.

– Невероятно, – прозвенел хрустальный голосок красавицы.

Певучий, приятный, примерно такой я и ожидала услышать. Хоть тут реальность оставила мне законченный сказочный образ. – Она только попала в наш мир, но уже чувствует магическую энергетику.

– Я тоже заметил, что у нее большой потенциал, – поддакнул Дарн, вытянувшийся в струнку, как первоклассный дворецкий. – В свете последних событий, возможно, это благословение небес.

– Вот и я решил, что ей нельзя дать погибнуть там, в изнанке, – горячо заговорил Крун.

Он явно не был уверен, что не получит по шапке за то, что притащил меня. – Поэтому я ослушался вашего приказа, Великая, и помог ей попасть к нам. Иначе вряд ли она бы выжила.

Хель немного прикрыла веки и как-то странно посмотрела на меня.

– Возможно, Дарн, ты прав. Но у нас мало времени, а она совсем свежая. Не уверена, что она успеет помочь. Но ты правильно сделал, Метаморф, что привел ее. Нам нужны новые силы. Неужели ее правда хотел кто-то убить?

– Эй, может объясните мне, что происходит? – не выдержала я.

 – Вы говорите обо мне так, будто меня здесь нет, ну или я настолько глупа, что не понимаю вас.

Хель захлопала длинными, очаровательно загнутыми вверх ресницами:

– А ты нас понимаешь? Оу! Крун, что же ты молчал? Эмм, знаете, давайте все присядем, выпьем лимонника или вина и поговорим. Присаживайтесь, – волшебница приглашающе махнула рукой, и сама грациозно опустилась на стул. Спина при этом у нее осталась идеально прямой, как у балерины с двадцатилетним стажем.

Человек в балахоне начал неспешно собирать разложенные на столе бумаги. Полно, а человек ли?

– Дарн, принеси, пожалуйста, нам чего-нибудь перекусить.

Сухопарый исчез. Крун начал виновато оправдываться, присаживаясь между мной и Кристой:

– Я сам не знал, что она понимает наш язык, мы говорили на ее языке. Я и не заметил, в какой момент мы перешли на наш.