Ты со мной?

При ближайшем рассмотрении карета оказалась довольно потрёпанной, видимо, Хель любила путешествия, но все-таки смотрелась эффектно. Я обошла транспорт по кругу. На одной дверце была изображена сцена битвы с белокурым магом на переднем плане, на второй – тот же маг сидел на троне, опираясь на сверкающий меч. Явно штучная работа хорошего мастера.

– Красиво, правда? – я обернулась на мастера. Паренек вытирал грязные руки, кажется, еще более грязной тряпкой. – Это Основатель. Величайший маг в истории.

– О.., – я пригляделась.

– Аккуратнее, не дрова несете, – донеслось до меня.

Я заглянула поверх лошадиных спин. За каретой обнаружилась еще одна телега с охапкой сена на дне. В нее уже знакомые мне солдаты бережно укладывали нечто, крепко спелёнутое в покрывала. Без труда угадывались очертания «Золотых ангелов». Ценный груз увязывали веревками, закрепляя на шаткой телеге. Я наблюдала за процессом, и во мне крепла уверенность, что зеркалу это не нравится, оно хочет свободы, хочет моего внимания, хочет, чтобы я его освободила…

– Ты чего? – оклик Круна вывел меня транса.

– Случилось что-то?

Я отрицательно покачала головой.

– Ты не зевай, а то и под лошадь можно попасть с непривычки. На вот, небось не завтракала.

Крун подал мне сверток с колечками из теста, очень похожими на обычные пончики. Я начала бездумно жевать, с опаской поглядывая на суетящиеся у телеги синие плащи.

В карете мы разместились впятером. Хель, Георг, никак не могла назвать его Ящером, Крун, Криста и я. Как мне по секрету рассказал Метаморф, предполагалось, что меня будут сопровождать только Великие, но Криста так умоляла взять ее с собой, что Хель сжалилась. А Крун был категорически против того, чтобы отпускать девушку одну к «охмурителю девиц всех сословий», то есть к королю.

Вот и жались мы теперь друг к другу в душной дорожной пыли, которая быстро просачивалась в дверные и оконные щели.

Через час Крун не выдержал духоты и тряски:

– Я, пожалуй, лучше верхом. У нас ведь есть одна верховая лошадь? – не дожидаясь ответа, он попросил остановить карету и выпрыгнул, едва замедлился ход. Я заметила, как мощная жутковатая рука Ящера нервно сжалась в кулак. Дыра капюшона обратилась к Круну, который уже забрался на коня и, задорно гикнув, умчался вперёд.

Пару часов мы ехали в тишине.