Детективное агентство «Ринг». Дело № 2. Дауншифтер

 – Всё своё, не то что у некоторых жуликов – ни коровёнки, ни свинёнки, а мясом – нате вам, пожалуйста! – торгуют…

– Вы кого-то конкретного имеете в виду? – дожёвывая сальтисон, профессионально поинтересовалась Зинаида.

– Да Лыковых ентих имею… Его когда с Москвы попёрли, он у нас в Верхнебугрово проживал, теперь вот к вам перебрался. Заборищем от людей огородился, сторожевая верхотура у него была… Слышь, чисто как на зоне… А поверх забора – проволока, в деревне говорили, что с электричеством.

Слушая сплетницу, Зина дала уговорить себя на четыре сорта различных мясных изделий, по триста граммов каждого.

– Так вот, он мясо продавал… Знаешь, сизое, как свёкла, крашеное, наверное. Магазинчик хоть и около деревни, но на трассе поставил. Да и правильно! Наши-то, деревенские, у него не покупали, а городские – кто мимо едет – останавливались.

– Ну и что в этом плохого? Живёт человек, скотину разводит, мясом торгует, – медленно проговорила Зина.

– Да, слышь, не водилось у него никакой скотины!

– А вы откуда знаете?

– Он когда своё поместье куму продал, мы ходили смотреть… Так вот, не было там ни хлевов, ни свинарников. Больше скажу: даже не пахло скотиной-то, ни кучки помётной или навозной… Вот так вот!

Потом, глядя в посерьёзневшее лицо покупательницы, спохватилась.

– Ты, девка, не думай, у меня всё своё! Давай, ступай! Сальтисон! Колбаски! Сало! – снова закричала в толпу продавщица…

Зинуля с удовольствием бродила по шумной ярмарке, наполняя сумку покупками.

Посмотрела несколько выступлений танцевальных фольклорных коллективов, послушала народные песни. От души посмеялась, когда ведущий – круглый толстячок, буквально выкатившийся на сцену, – объявил конкурс частушек.

Что тут началось!

Бойкие старушки, одна за другой, залихватски выкрикивали в трескучий микрофон такие куплеты, что батюшка Серафим – священник местной церкви – несколько раз перекрестился и отошёл подальше.

Толпа просто зашлась хохотом, когда морщинистая горбатенькая певунья, откашлявшись и хитро прищурившись, пропела:

– Одеяло, одеяло!

Одеяло красное!

Да как под этим одеялом

Моя целка хрястнула!

– Молодец, бабка Нюра! – загалдели вокруг. – Эй, конферансье, приз в студию! Приз бабе Нюре!

Толстячок не растерялся и, сбегав за кулисы, вручил победительнице бутылку шампанского.