Герои былых времен

Да, прямо перед ними, среди возвышенной холмистой равнины возникло колоритнейшее болото с чёрными топями, синими огнями, зловонными испарениями и сухими корягами, похожими на обглоданные кости. Трясина булькала и вздыхала, казалось, на дне её спит великан. А уж лягушки орали так, будто и в самом деле наступил конец света. С этим магистр Ингрем смириться никак не мог.

– Спятили они, что ли?

– Кто? – не понял Рагнар.

– Да лягушки, кто же ещё?! Такими голосами им положено квакать в мае, когда наступает брачный сезон! Дурдом какой-то, а не Волшебная страна!

– Чему ты удивляешься? – возразила Энка.

 – Можно подумать, в первый раз сталкиваешься с изменённым ландшафтом! Вспомни Чернолесье или земли кланов. Там тоже всё было иначе.

– Даже там законы природы никто не отменял. Всё было искажено, но логично. А здесь – полный абсурд! Днём одна растительность, ночью другая! Где такое видано?!

Небо опять прояснилось, показались редкие звёзды и плоская унылая луна. Крылатая раскоряченная тень, не принадлежащая ни зверю, ни птице, носилась её фоне, издавая тонкий заунывный вой, от которого мороз шёл по коже.

– Я опять достану перо, – решила Ильза. – А то мне совсем страшно.

Она правильно поступила. Мотыльки и прочие насекомые – не самая приятая компания, но всё-таки лучше ночного кровососа утборда, от которого не спасает даже защитный круг – только свет.

Впрочем, пренебрегать магической защитой они тоже не стали, и тоже правильно сделали. Среди ночи из болота вылезла тварь совершенно невозможная: высоченная – раза в два выше Рагнара, рахитично-тощая, с блёкло-желтоватой кожей, длинными перепончатыми конечностями с острыми когтями на узловатых пальцах и огромными по-жабьи выпученными глазищами.

Широкий безгубый рот её был оснащён редкими, но устрашающе-крупными недифференцированными зубами. (Это Хельги так подумал – «недифференцированные зубы», была как раз его очередь нести караул.) Хвост у твари был короткий и толстый, а уши маленькие, плотно прижатые к лысой голове. Чем-то она смахивала на курганника, но явно принадлежала к другой, неизвестной породе нежити. Во всяком случае, ничего подобного в современном Староземье Хельги встречать не доводилось.

– Здорово, – сказала ему тварь, усаживаясь рядышком на траву. С неё тут же натекла небольшая лужица, остро пахнущая тиной. – Караулишь? – голос у чудовища был хрипловатый, но приятный, а речь гораздо ближе современной, чем к средневековой.

– Караулю, – подтвердил демон.